Семья Кончаловских снова удивила. Обычно мы слышим либо о здоровье их дочери Маши, либо обсуждаем, как Юлия Высоцкая жарит сырники. Но пока все смотрели в одну сторону, в тени вырос человек, который переписал правила игры этой династии.
Младший сын, Петр, долго был «человеком-невидимкой». Никаких скандалов, никаких светских хроник. И вдруг он совершает поступок, который вообще не вяжется с поведением «золотой молодежи». Вместо красивой жизни в Европе парень принял мужское решение. Оно удивило даже его отца.
Почему любимчик Андрея Кончаловского отказался от денег и сладкой жизни? Как он умудряется «строить» своих звездных родителей? История оказалась глубже, чем просто юношеский бунт.
Побег из «золотой клетки»
У Петра был идеальный старт. Отец — режиссер с мировым именем. Мама — звезда экранов. Впереди маячила блестящая, ленивая жизнь. Сценарий в таких семьях обычно расписан: престижный колледж в Лондоне, каникулы на яхтах, брендовые вещи и статус «сына того самого».
К тому же у семьи есть роскошная недвижимость в Италии. Знаменитый дом в Тоскане, виноградники, оливковые рощи… Живи и радуйся.
Но Петр сломал этот шаблон об колено. Когда на семейном совете заговорили о переезде в Европу, он жестко осадил мать и отца. Парень заявил: он не будет очередным бездельником с громкой фамилией. Его фраза «Я не буду мажором!», сказанная очень категорично, поставила жирную точку в спорах.
Это не каприз. Фактически он променял виллу в Тоскане на слякоть, пробки и бессонные ночи в Москве. Петр твердо решил: учиться будет дома. И не на платном отделении для «своих», где можно просто числиться, а по-настоящему.
Каторга вместо курорта
Он выбрал МАРХИ. Кто знает, тот поймет: там «блат» не работает. Там студенты живут над чертежами, спят по три часа и годами не видят белого света из-за макетов. Преподавателям все равно, кто твой папа. Им важно, есть ли у тебя чувство объема.
Сейчас наследник заканчивает последний курс. И, судя по словам Юлии Высоцкой, поблажек себе не дает. Парень «грызет гранит науки» с остервенением. Его страсть — урбанистика. Это тяжелая работа: промышленные зоны, бетон, сталь.
В подростковом возрасте он пробовал разное. Искал себя, даже рисовал (говорят, у него талант от прадеда-художника). Но тусовки с крепкими напитками остались в прошлом. Сейчас перед родителями — взрослый мужчина, который знает цену труду.
«Мама, не спорь со мной»
Самое интересное — как поменялись роли в семье. Мы привыкли видеть Андрея Кончаловского патриархом, чье слово — закон. Но младший сын, похоже, перерос авторитет отца.
Внешне он — копия папы в молодости. Тот же профиль, тот же взгляд. А вот характер уникальный. Гремучая смесь интеллигентности и железной воли. В интервью Высоцкая призналась: иногда чувствует себя маленькой девочкой рядом с собственным сыном.
Даже сам Андрей Сергеевич подшучивает над женой. Глядя на их споры, он говорит: «Такое ощущение, что это младшая сестра разговаривает со старшим, мудрым братом».
Высоцкая не скрывает: спорить с Петей бесполезно. Он не кричит, он уничтожает логикой.
«У него мозг устроен пугающе хорошо. Прости, Андрей Сергеевич, но Петя — настоящий демагог, весь в тебя! Моя подруга как-то сказала ему: ‘Тебе надо было идти в адвокаты, ты же кого угодно уговоришь’. Он действительно может продать снег эскимосам. Но при этом в нем есть моя упертость».
Только представьте уровень интеллекта, чтобы переспорить Кончаловского-старшего. Петр берет не эмоциями, а аргументами. Родители вдруг обнаружили, что им самим есть чему поучиться у сына.
Тень семейного испытания
Понять характер Петра невозможно без одной детали. Его закрытость и раннее взросление — следствие тяжелого удара.
Несчастный случай на дороге во Франции в 2013 году разделил жизнь семьи на «до» и «после». Петру тогда было всего десять лет. Детство кончилось в один миг. Пока родители, боролись за здоровье его старшей сестры Марии, мальчик остался один на один с переживаниями.
Ему пришлось повзрослеть экстерном. Он видел слезы матери, видел, как сдал отец. В таких ситуациях дети часто ломаются или требуют внимания плохим поведением. Петр выбрал другой путь. Он стал опорой. Тихой, но надежной.
Пока пресса обсуждала состояние Маши (девушка до сих пор проходит сложнейшую реабилитацию, и семья верит в лучшее), брат просто был рядом. Не давал интервью, не жаловался. Он учился быть мужчиной в доме, где живет тревога.
Отсюда и нелюбовь к мишуре. Он слишком рано понял: лайки и сплетни ничего не стоят. Важно только здоровье близких и дело, которое ты любишь.
«Серый кардинал» без соцсетей
Сегодня нашему герою 22 года. В эпоху, когда каждый чих выкладывают в интернет, его цифровая жизнь выглядит странно. У Петра нет открытых аккаунтов. Никаких фото с вечеринок, никаких селфи. Он вычеркнул себя из медийного поля.
Это позиция. Он не хочет, чтобы его оценивали через призму славы родителей. Хочет, чтобы судили по его чертежам.
В профессиональной тусовке говорят, что парень уже начал стажировку в крупном архитектурном бюро Москвы. И пришел он туда не как «сын Кончаловского», открывая дверь ногой. А как простой студент. Готовый бегать за кофе, чертить по ночам и учиться ремеслу у лучших.
Родители выбор уважают. Хотя Высоцкой иногда хочется похвастаться успехами сына. Она грустит лишь об одном: жаль, что Петр забросил живопись. У него был особый взгляд на мир. Но переспорить его невозможно. Если решил, что архитектура — его путь, значит, так и будет.
Кажется, Петр — именно то «заземление», которое было нужно этой творческой семье. Он спустил родителей с небес на землю и показал: можно быть счастливым, не играя ролей, а просто будучи собой.
