Читатель, ты когда-нибудь задумывался, каково это — родиться 19 сентября 1949 года в Тегеране, носить имя, данное польским военным летчиком-отцом, оказаться в Баку, а затем внезапно стать звездой и после славы торговать трусами в Москве?
Но великолепная наша актриса Ирина Азер все это испытала на себе. Слишком красивая и слишком сложная для советского кино.
Между Баку и Москвой
Ее ирано-азербайджанский отчим, Реза Азер, был фигурой почти мифической. Личный враг последнего иранского шаха Мохаммеда Резы Пехлеви, богатейший аристократ, член партии «Туде», он бежал в СССР, спасая жизнь.
Для обожаемой падчерицы он даже выкопал перед домом роскошный бассейн: величайшая дерзость для Советского Союза той поры.
Еще в шестнадцать лет, чтобы помочь семье, юная Ирэн начала работать фотомоделью у Виктора Вознесенского. Представь эту картину: школьница, чьи одноклассницы носят коричневые платья и комсомольские значки, позирует для обложек журналов мод. Она была слишком яркой, слишком нездешней.
В 1968 году она штурмует ВГИК, мастерскую великого Сергея Герасимова. На одном курсе с ней учатся Наталья Белохвостикова, Николай Ерёменко-младший, Талгат Нигматулин. Золотой фонд советского кино. А она среди них — экзотический цветок.
— Ирочка, вы же понимаете, что ваша красота вас погубит? — говорил ей Герасимов своим густым, бархатным голосом. — Режиссеры будут видеть только ваши локоны, а мне нужна душа.
Душу я оставлю вам, Сергей Аполлинариевич, — смеялась она в ответ, поправляя безупречную укладку. — А лицо пусть зарабатывает нам обоим славу.
Ирина спустя годы откровенно вспоминала:
— Во время учёбы педагоги-мужчины почему-то всегда смотрели мне только на грудь, которую мне никак не удавалось скрыть даже под просторным свитером.
«Большая перемена»
Она начинала с эпизодов. В картине «У озера» (1970) она просто пассажирка в поезде, но камера любила ее так сильно, что крупный план задерживался на секунду дольше положенного.
Настоящий прорыв случился в детской комедии Ролана Быкова «Внимание, черепаха!» (1970). Анна Сергеевна, строгая, но невероятно красивая учительница младших классов. Дети смотрели на свою Анну Сергеевну влюбленными глазами, и вся страна смотрела так же.
А потом наступил 1972 год. Алексей Коренев запускает съемки четырехсерийной ленты «Большая перемена». Советской Мэрилин Монро Ирэн Азер достается роль Люськи — подруги Генки Ляпишева. Ее Люська получилась живой, настоящей, отчаянно жаждущей любви и красивой жизни.
Эта роль принесла ей оглушительную популярность. За ней ходили толпы, письма приносили мешками. Казалось, вот оно — золотое руно. Романтизм той эпохи заключался в том, что зрители верили: такая неземная блондинка должна быть счастлива всегда.
Как отказала Никите Михалкову
Они познакомились в начале 1970-х годов, когда Никита был молодым, невероятно амбициозным режиссером, уже снявшим «Я шагаю по Москве», а Ирэн — ослепительной блондинкой, звездой фильма «Большая перемена».
Михалков влюбился всерьез. Он строил планы на брак, открыто говорил об этом друзьям и видел рядом с собой именно эту эффектную девушку, чья внешность напоминала голливудский шик. Она вспоминала его настойчивость:
— Никита был влюблен… Он говорил мне: «Только ты сможешь помочь мне забыть её», — имея в виду Анастасию Вертинскую, от которой только что ушел.
Однако гордый восточный характер Ирэн, совершенно не терпел давления. Она была женщиной, которая привыкла сама принимать решения. Она описывала их свидание в квартире на улице Воровского как сцену из комедии положений:
— Мы дурачились, кидались подушками, и тут внезапно вернулась Наталья Петровна (мать Никиты), а следом зашел Андрон Кончаловский с невестой. Все начали говорить по-французски, которого я не знала. Мне было так неловко, что Никита просто взял меня за руку и увел
Финальная точка была поставлена в знаменитом Доме литераторов. Это было шумное богемное застолье, кругом смеялись писатели, поэты и актеры.
В разгар вечера Никита Михалков встал и поднял бокал. Для сидевшей рядом Ирэн этот тост стал ледяным душем. Молодой режиссер громогласно объявил всему залу: он пьет за свою будущую супругу Ирину Азер. Он фактически сделал публичное предложение и назначил дату свадьбы, даже не спросив её согласия накануне.
Для девушки из Баку, чьи деды были генералами, такой поступок выглядел верхом бесцеремонности. Одно дело — романтические планы тет-а-тет, и совсем другое — объявление тебя собственностью перед лицом всей московской богемы. Ирэн посчитала это оскорбительным посягательством на свою свободу.
Ирэн ничего не ответила ни ему, ни гостям. Она молча положила салфетку, встала из-за стола и ушла. Посчитав, что никто не вправе решать за неё такие вопросы публично. На этом отношения закончились.
Михалков, привыкший к тому, что женщины вокруг него часто покоряются его напору, такого удара по самолюбию не ожидал. Но Ирэн сделала свой выбор в пользу независимости.
Первый брак и роман
Экранный блеск обманчив. Ее первый брак с журналистом Юрием Шварцем продлился с 1972 по 1981 год. В 1975 году родилась дочь Виктория.
Затем был мучительный, страстный роман на съемочной площадке фильма «Акванавты» (1979) с актером Германом Полосковым. Ирэн изменяла мужу с женатым любовником. Любовь, которая сжигала декорации, но оставила после себя лишь пепел разочарования:
— Я пришла к Юре и честно рассказала ему про Германа.. А он, чтобы отомстить, показал мне свои фотографии в обнимку с голливудской актрисой Натали Вуд. Сказал, что пока я снималась, он времени зря не терял. Развод стал неизбежен.
…«Дорогой мальчик», «Горожане», «Не стреляйте в белых лебедей», дилогия о резиденте… Она играла жен офицеров, туристок, воспитательниц детского сада. Но зритель требовал только Люську. Кинематограф менялся, приходило новое, жесткое время перестройки.
Торговля трусами
В начале девяностых система рухнула. Советское кино умерло. Прекрасная блондинка из телевизора однажды утром поняла, что телефон молчит. Нет ролей. Нет денег. Есть только двое ртов, которых нужно кормить.
И тогда случилось то, что ломает многих звезд. Ирэн Абдуррезаевна Азер стала продавщицей. Десять лет, с середины девяностых, она торговала женским бельем в подземном переходе возле МНТК «Микрохирургия глаза» на Бескудниковском бульваре.
— Чтобы меня не разорвали на части узнавшие поклонники, я надевала черный парик, темные очки и старалась смотреть в пол. Это были самые унизительные, но необходимые десять лет моей жизни, — вспоминала Ирэн.
Журналисты того времени, разыскавшие ее на рынке, писали, что великая красавица советского экрана стояла за прилавком в обычной куртке и подавала покупательницам кружевные комплекты, пряча лицо. Сама она позже говорила об этом без надрыва, с горькой усмешкой:
— Зато теперь я знаю цену каждой копейке и могу отличить хороший хлопок от синтетики с закрытыми глазами.
Можешь ли ты представить этот контраст? Женщина, которую еще вчера приглашали на приемы в Кремль, стоит за прилавком под тусклой лампой дневного света.
— Девушка, дайте вон тот комплект, — просили ее обычные москвички.
И она, глядя куда-то сквозь покупателя своими огромными зелеными глазами, заворачивала кружево в серую бумагу. В этом было столько тихого трагизма, что сердце сжимается.
В 2002 году судьба наносит новый удар. Ее сестра Деларам, с которой они вместе выросли, уходит из жизни. Мир Ирины окончательно темнеет.
Жизнь в США
тут Ирэн собирает последние силы. Продает московскую квартиру и уезжает в Соединенные Штаты к дочери Виктории. Сейчас Ирине Азер семьдесят шесть лет. Она живет в Лос-Анджелесе, в теплой Калифорнии. Там нет осенней грязи Москвы и ледяного ветра Тегерана.
Она занимается недвижимостью, помогает дочери растить внуков. Иногда смотрит старые пленки на видеомагнитофоне. Видит ту самую девочку в белом платье из «Большой перемены» и тихо вздыхает. Лицо покрыто сеточкой морщин, которые косметика больше не прячет, но осанка осталась прежней — строгой, генеральской.
