Две дочери Анатолия Собчака — два абсолютно разных мира. Пока Ксения не вылезает из заголовков, её старшая сестра Мария добровольно ушла в информационный вакуум.
Смена фамилии, дистанцирование от светской тусовки и категорическое нежелание общаться с младшей сестрой — за этим добровольным изгнанием стоят тяжелые претензии к влиятельному отцу и полное неприятие чужого хайпа.
Счастливое детство и внезапное предательство
Мария родилась в 1965 году, когда Анатолий Собчак был лишь перспективным аспирантом, а ее мать Нонна Гандзюк — студенткой-филологом. Будущий политик и его первая жена начинали с жесткого быта: съемные углы, спанье на полу и вечная экономия. При этом для Собчака первенец стала главным человеком в жизни — отец в ней души не чаял, а семья казалась абсолютно крепкой.
Но всё рухнуло в один момент, когда в семью пришла беда. Нонна тяжело заболела онкологией. Анатолий, уже став уважаемым доцентом, подключил все связи и нашел лучших врачей, чтобы спасти супругу.
Однако именно в тот момент, когда Нонна начала поправляться, её ждал жестокий удар: она узнала, что муж ей изменяет. Причем не с кем-нибудь, а с её же знакомой — Людмилой Нарусовой. Той самой женщиной, которой Нонна когда-то помогала решать квартирный вопрос после развода.
Разрыв был скандальным. Анатолий ушел от Нонны прямо из больничной палаты, оставив жену и 12-летнюю Машу одних. Девочка, которая раньше боготворила отца, не смогла простить ему этого предательства.
Позже, когда Мария поступила на юридический факультет, где преподавал Собчак, она намеренно взяла фамилию Петрова, чтобы никто из сокурсников не знал о её происхождении.
Тяжелые браки и турецкая драма
Личная жизнь Марии складывалась непросто. В 17 лет она выскочила замуж буквально назло всем. Её избранником стал сомнительный парень, которого в семье открыто недолюбливали. В 18 лет Маша родила сына Глеба, но брак быстро распался.
Второй брак Марии оказался не менее парадоксальным. В 2000-м 34-летняя женщина превратила обычный курортный роман с 23-летним турецким официантом в официальный союз. Переезд в Мармарис вместе с сыном-подростком закончился стремительно: восточный быт не задался, и уже через год Мария вернулась в Питер.
Брошенный супруг Тургут Джеран долго обивал пороги прессы, рассказывая о властном характере жены, и пытался отменить развод. Точку в этом неравном браке поставила трагедия — не справившись с разрывом, турок покончил с собой.
Жизнь в строгом костюме: где сейчас Мария Собчак
Сегодня Мария — строгий и уважаемый адвокат в Санкт-Петербурге. Она занимается уголовным правом, бракоразводными процессами и защитой чести и достоинства. Никакого шоу-бизнеса, никаких интервью и светских тусовок. Мария живет закрыто и принципиально не берет дела, связанные с публичными людьми.
Фамилия Собчак вызывает у неё лишь раздражение. Ксению она считает человеком, который порочит имя отца. В тех редких комментариях, что Мария давала прессе, она четко дала понять: её сестра превратила фамилию в бренд для сомнительных шоу, и ей это противно.
Почему сестры стали врагами
Между Марией и Ксенией нет открытой вражды с публичными скандалами, но есть огромная стена равнодушия длиной в четыре десятилетия.
Ксения во всем винит свою мать. По её словам, Людмила Нарусова всегда ревновала мужа к прошлому и настраивала дочь против старшей сестры, опасаясь, что та «отберет» внимание отца. Не так давно Ксения даже плакала в одном из интервью, жалея о том, что их отношения с сестрой были разрушены матерью.
Но Марию эти слезы не тронули. У двух женщин просто нет ничего общего, кроме генов знаменитого отца. Одна выбрала путь громких скандалов и постоянного внимания прессы, а вторая предпочла тишину и профессионализм, защищая людей в судах и охраняя свою частную жизнь от посторонних глаз.
