Ольга влетела в квартиру как ураган. Документы для банка лежали на комоде в спальне — она забыла их утром в спешке. Начальник уже третий раз звонил, клиент ждал, а без этих бумаг сделку можно было забыть. Она сбросила туфли в прихожей и направилась в глубь квартиры, на ходу доставая телефон, чтобы написать шефу, что через двадцать минут будет в офисе.
Дверь в спальню была приоткрыта. Ольга толкнула её и застыла на пороге.
За её туалетным столиком, развалившись в кресле, сидела Лена — сестра Димы. Девятнадцатилетняя студентка первого курса, с длинными выкрашенными в пепельный блонд волосами и вечно надменным выражением лица. Перед ней стояла открытая баночка крема — того самого, который Ольге специально привезли через знакомых прошлой весной, и который обошелся ей в кругленькую сумму. Лена неторопливо набирала крем пальцами и наносила на лицо, разглядывая себя в зеркале с довольным видом.
— Что ты делаешь? — голос Ольги прозвучал тише, чем она рассчитывала. Горло перехватило от возмущения.
Лена даже не вздрогнула. Она медленно повернула голову, окинув Ольгу взглядом, в котором читалось лёгкое раздражение от того, что её побеспокоили.
— А, это ты, — протянула она. — Я думала, ты на работе.
— Я спрашиваю, что ты делаешь с моим кремом?
— Пользуюсь, — Лена снова повернулась к зеркалу. — Классная штука, кстати. Кожа сразу такая бархатная становится.
Ольга как будто прозрела. Все эти пропажи, все эти моменты, когда она находила свои серьги не в той шкатулке, свитер со следами чужих духов, помаду не там где её оставила — всё это вдруг сложилось в единую картину.
— Положи. Немедленно, — она шагнула в комнату.
— Да ладно тебе, — Лена закрутила крышку, но баночку не убрала. — Жадина. У тебя тут косметики на целый магазин, неужели нельзя поделиться?
— Поделиться? — Ольга почувствовала, как голос начинает дрожать. — Ты считаешь, что брать мои вещи без спроса — это делиться?
— Ну извини, королева, — Лена закатила глаза. — В следующий раз спрошу разрешения воспользоваться твоим драгоценным кремом.
— А ну пошла вон! — крик вырвался сам собой. — И ключи верни немедленно!
— Что происходит? — в дверях появился Дима в домашних штанах и мятой футболке. Он работал из дома программистом и явно был в наушниках, когда услышал крик. — Оль, ты чего орёшь?
— Я ору? — Ольга развернулась к мужу. — Твоя сестра сидит тут, пользуется моими вещами, как своими, а я ору?
— Да успокойся ты, — Дима вошёл в комнату, примирительно подняв руки. — Ленка, что случилось?
— Ничего не случилось, — Лена поднялась с кресла, демонстративно вздохнув. — Просто твоя жена с ума сходит из-за какого-то крема.
— Из-за какого-то? — Ольга шагнула к туалетному столику и схватила баночку. — Это «Ла Мер», он стоит пятнадцать тысяч рублей! И это не просто крем, это мой крем, который я купила на свои деньги!
— Оль, ну подумаешь, — начал Дима, но она перебила его:
— Не смей! Не смей мне говорить «подумаешь»! Ты хоть представляешь, что творится в этом доме последние три месяца? Мои вещи постоянно куда-то пропадают! То серьги, то блузка, то духи, то украшения! Я уже чувствую себя сумасшедшей, когда не могу найти свои вещи!
— При чём тут Ленка? — Дима нахмурился.
— При том, что это она их берёт! — Ольга развернулась к золовке. — Верно ведь? Это ты таскала мои вещи?
— С чего ты взяла? — Лена скрестила руки на груди, но взгляд стал неуверенным. — Это бред какой-то.
— Бред? — Ольга подошла к шкафу и распахнула дверцу. — Месяц назад я искала своё изумрудное платье. То самое, которое Дима подарил мне на годовщину. Я перевернула весь дом. А через две недели оно висело на вешалке, как ни в чём не бывало. И на нём был запах твоих духов, Лена.
— Может, ты просто не заметила его сразу, — пробормотала девушка.
— Или моя золотая цепочка, — продолжала Ольга, не слушая её. — Я панически искала её перед важной встречей. А потом она нашлась в шкатулке, но застёжка была повреждена.
— Ленка, — Дима повернулся к сестре. — Ты правда брала вещи Оли?
— Дим, это полный бред, — начала та, но голос дрогнул.
— Отвечай, — настойчиво повторил он.
Лена опустила глаза. Несколько секунд в комнате было тихо, только слышно было, как за окном проехала машина.
— Ну… может, один или два раза, — наконец пробормотала она. — Но я собиралась вернуть! Это же не воровство, если я веращаю.
— Это называется воровством! — выпалила Ольга. — Ты берёшь чужие вещи без спроса — это и есть воровство!
— Оль, не сгущай краски, — Дима попытался встать между ними. — Ленка — студентка, у неё нет денег на дорогую одежду и украшения. Она просто хотела хорошо выглядеть.
— Хорошо выглядеть за мой счёт? — Ольга не могла поверить в то, что слышит. — Дима, ты сейчас серьёзно? Ты оправдываешь воровство?
— Это не воровство, — упрямо повторил он. — Она же член семьи.
— Член семьи? — Ольга почувствовала, как глаза наполняются слезами, но не от грусти — от ярости. — Члены семьи не роются в чужих вещах! Члены семьи спрашивают разрешения!
— Я собиралась спросить, — тихо сказала Лена. — Просто не успела.
— Не успела за три месяца? — Ольга усмехнулась. — Знаешь что, Лена? Если бы ты просто подошла ко мне и попросила, я бы, возможно, дала тебе что-нибудь поносить. Я могла бы даже что-то подарить. У меня есть вещи, которые мне уже не подходят или которые я не ношу. Но после того, как ты вела себя по-хамски, таская мои вещи без спроса, притворяясь, что ничего не знаешь, глядя мне в глаза — ни за что!
— Я не вру! — вспыхнула Лена.
— Не врёшь? А что ты делала пять минут назад, когда я спросила, брала ли ты мои вещи?
Лена сжала губы, не находя что ответить.
— Вот именно, — Ольга подошла к комоду и открыла верхний ящик. — Давай-ка проверим. Это моя брошь или нет? — она подняла украшение в виде бабочки с голубыми камнями.
— Твоя, — процедила Лена.
— А вот эта помада? Я её две недели искала.
— Я хотела попробовать оттенок, — пробормотала девушка. — Хотела купить себе такую же.
— В моей косметичке? Попробовать в моей косметичке? — Ольга открывала ящик за ящиком. — А это что? Мой шарф! Кашемировый, который мне подарила мама на день рождения! Я думала, я его потеряла!
— Ленка, — голос Димы стал жёстче. — Ты правда взяла столько вещей?
— Я… я не думала, что это такая большая проблема, — губы девушки задрожали. — У неё так много всего. Я думала, она даже не заметит.
— Не заметит? — Ольга почувствовала, как внутри всё переворачивается. — Я каждый день обнаруживала пропажи! Я думала, что схожу с ума! Я подозревала клининг, я даже подумала, что Дима что-то забирает, чтобы подарить любовнице! Я не спала ночами, прокручивая в голове, куда могли деться мои вещи!
— Оль, прости, я не знала, — Лена сделала шаг вперёд, но Ольга отступила.
— Теперь знаешь. Собирай всё, что взяла, прямо сейчас. И уходи. И ключи оставь на столе в прихожей.
— Ольга, не надо так, — Дима попытался взять жену за руку, но она отдёрнула её. — Давай спокойно поговорим.
— Спокойно? — она посмотрела на мужа так, что тот невольно отступил. — Дима, ты понимаешь, что происходит? Твоя сестра месяцами обворовывала меня в моём собственном доме! А ты хочешь поговорить спокойно?
— Она не обворовывала, она просто…
— Просто что? Просто брала без спроса? Это и называется воровством!
— Она студентка, ей тяжело, — упрямо повторил Дима. — У мамы нет денег, чтобы покупать ей дорогую одежду и косметику. Она хочет хорошо выглядеть, как все её одногруппницы.
— И это делает воровство правильным? — Ольга не могла поверить. — Дима, ты слышишь, что говоришь?
— Я говорю, что нужно войти в её положение!
— Войти в положение? — Ольга засмеялась, но смех вышел истерическим. — А ты войди в моё положение! Представь, что ты приходишь домой и не можешь найти свои вещи. Что ты роешься в ящиках, обыскиваешь шкафы, думая, что у тебя проблемы с памятью или что в доме завёлся вор. А потом вещь находится, но ты не понимаешь, как это возможно, ведь ты точно помнишь, что её там не было. Это сводит с ума!
— Я понимаю, но…
— Нет, не понимаешь! — перебила его Ольга. — Знаешь, что самое обидное? Не то, что Лена брала мои вещи. А то, что она могла просто спросить. Я не жадная. Я бы дала ей поносить платье или одолжила украшения. Чёрт возьми, я могла бы пойти с ней по магазинам и помочь ей выбрать что-то красивое! Но нет, она предпочла красть, врать и делать вид, что ничего не происходит!
Лена стояла, опустив голову, и Ольга вдруг увидела, как по её щекам катятся слёзы.
— Прости, — прошептала девушка. — Я правда не хотела… Я просто… У всех в университете такие красивые вещи, все так одеты, а у меня только старые джинсы и дешёвые футболки. Я видела твой гардероб и думала, что ты даже не заметишь, если я возьму что-то на один вечер.
— Но ты не брала на один вечер, — тихо сказала Ольга. — Ты брала снова и снова. И ты не возвращала вещи на место. Моя цепочка сломана. У платья воротник испачкан тональником. А крем… ты использовала почти половину банки.
— Я заплачу, — всхлипнула Лена. — Я найду работу и заплачу за всё.
— Дело не в деньгах! — Ольга почувствовала, как её гнев начинает уступать место усталости. — Дело в доверии, Лена. Мы с Димой приняли тебя в нашем доме. Когда твоя мама попросила нас присмотреть за тобой, мы согласились. Мы сказали, что денег не надо, я начала готовить обеды и на тебя. Дима дал тебе ключи, чтобы ты могла приходить, когда нас нет дома. Мы доверяли тебе. А ты…
Голос сорвался. Ольга отвернулась к окну, чтобы они не видели её лица.
— Помнишь, как всё начиналось? — она заговорила тише. — Сентябрь. Лена только поступила в университет. Твоя мама позвонила и попросила, можем ли мы присмотреть за девочкой, ведь общежитие далеко, а наша квартира в десяти минутах от университета. Она предлагала деньги на еду, но мы отказались. Я же помню, как твоей маме тяжело растить двоих детей.
Дима молчал, глядя в пол.
— Я старалась, — продолжала Ольга. — Я готовила, оставляла еду в холодильнике. Покупала продукты с запасом. А Лена… она появлялась раз в неделю, максимум два. Съедала пару ложек и уходила. Я думала, может, ей не нравится моя еда. Или у неё есть компания в университете, и они едят где-то вместе. Ну и ладно, думала я, главное, что ключи у неё есть, если что-то случится.
— Оль, — Дима наконец поднял голову.
— А потом, — перебила его Ольга, — я стала замечать странности. То не найду свою резинку для волос в ванной. То помада стоит не на своём месте. То серьги лежат не в той шкатулке. Я списывала это на свою забывчивость. Думала, сама переложила и забыла. Но это стало повторяться всё чаще.
Она повернулась к Лене.
— Скажи честно, — попросила Ольга. — Ты хоть раз приходила сюда действительно пообедать? Или каждый раз ты просто пользовалась тем, что дома никого нет, и рылась в моих вещах?
Лена молчала, кусая губы.
— Отвечай! — голос Ольги снова поднялся.
— Я… иногда обедала, — прошептала девушка. — Но чаще… чаще приходила, когда знала, что вас нет. В университете девочки постоянно хвастаются нарядами, косметикой, украшениями. А я… я чувствовала себя серой мышью. И когда увидела твой гардероб, такой большой, такой красивый… Мне показалось, что ты даже не заметишь.
— Но я заметила, — сказала Ольга. — Я всё заметила. И если бы ты честно ко мне пришла, если бы сказала: «Оля, у меня важное мероприятие, можно я одолжу платье?» — я бы дала. С радостью. Мы могли бы даже вместе выбрать украшения, сделать макияж. Я могла бы стать тебе подругой, старшей сестрой. Но ты выбрала ложь и воровство.
— Мне было стыдно просить, — тихо признала Лена.
— Стыдно просить, но не стыдно красть? — Ольга покачала головой. — Лена, это же абсурд.
— Оль, может, не надо так строго? — снова попытался вмешаться Дима. — Она же всё поняла. Она вернёт вещи и больше не будет.
— Дима, ты серьёзно думаешь, что я смогу спокойно уходить на работу, зная, что у твоей сестры есть ключи от нашей квартиры? — Ольга посмотрела на мужа. — Что я не буду каждый день проверять, все ли мои вещи на месте?
— Ну так давай поменяем замок, — он развёл руками. — Проблема решена.
— Проблема не в замке! — Ольга почувствовала, как к горлу подступает ком. — Проблема в том, что я не могу доверять твоей сестре. Что она месяцами обманывала меня. Что ты сейчас встаёшь на её защиту вместо того, чтобы понять, как мне было тяжело.
— Я понимаю, — начал Дима, но Ольга махнула рукой.
— Нет, не понимаешь. Знаешь, что я чувствовала? Я чувствовала себя сумасшедшей. Когда не можешь найти свои вещи, начинаешь сомневаться в собственной памяти. Я даже к врачу собиралась идти, думала, может, у меня начинается какое-то расстройство. А оказывается, просто твоя сестрёнка решила поживиться моим гардеробом.
— Прости, — снова всхлипнула Лена. — Я правда не хотела…
— Что ты не хотела? Не хотела, чтобы я узнала? Или не хотела причинить мне боль? — Ольга подошла к шкафу и начала доставать вещи. — Вот это ты тоже брала? И это? О, а вот мои любимые туфли! Я думала, потеряла их в командировке!
С каждой вещью, которую она доставала, гнев нарастал с новой силой. На кровати уже лежала целая гора одежды, украшений, косметики.
— Дима, ты видишь это? — она обернулась к мужу. — Видишь, сколько она утащила? И ты всё ещё думаешь, что это просто студенческая шалость?
Дима смотрел на кровать с побледневшим лицом. Даже он не ожидал увидеть такое количество вещей.
— Ленка, — его голос стал холодным. — Это правда всё ты взяла?
Девушка кивнула, уткнувшись лицом в ладони.
— Господи, — он провёл рукой по лицу. — Я… я не знал, что всё настолько серьёзно.
— Вот именно, — сказала Ольга. — Ты не знал. Потому что ты работаешь дома, сидишь в наушниках, и тебе всё равно, что происходит вокруг. А я каждый день сталкиваюсь с этим кошмаром.
— Оль, прости, — Дима подошёл к ней. — Я должен был тебя выслушать. Когда ты говорила, что вещи пропадают, я отмахивался. Думал, ты просто забываешь, куда что кладёшь.
— Именно, — она отстранилась от его попытки обнять её. — Ты думал, что я какая-то забывчивая дурочка. А на самом деле твоя сестра месяцами выносила вещи из нашего дома.
— Я… — вспыхнула Лена. — Я просто брала на время!
— На время? — Ольга подняла бровь. — Шарф ты взяла три месяца назад. Это тоже «на время»?
Лена замолчала, понимая, что спорить бесполезно.
— Знаешь, что обиднее всего? — Ольга опустилась на край кровати, внезапно почувствовав страшную усталость. — Я правда хотела тебе помочь. Когда твоя мама попросила нас присмотреть за тобой, я обрадовалась. У меня нет сестёр, и я думала, что мы могли бы подружиться. Я представляла, как мы будем вместе готовить, болтать, ходить по магазинам. Я хотела стать тебе близким человеком.
— Я тоже хотела, — прошептала Лена.
— Тогда почему? — Ольга посмотрела на неё. — Почему ты не попросила о помощи? Почему предпочла обманывать?
— Потому что… — девушка запнулась. — Потому что ты такая идеальная. У тебя хорошая работа, красивая квартира, любящий муж. А я просто глупая студентка из бедной семьи. Мне было стыдно признаться, что я не могу позволить себе даже нормальную косметику.
— Лена, — Ольга покачала головой, — я тоже была студенткой. Я тоже не могла позволить себе дорогие вещи. Я работала официанткой по вечерам, чтобы купить себе нормальную одежду. Всё, что у меня есть, я заработала сама. И я никогда не считала себя лучше других из-за этого.
— Но когда я смотрела на тебя, — Лена вытерла слёзы, — мне казалось, что ты всегда была успешной и красивой. Что тебе всё давалось легко.
— Ничего не давалось легко, — устало сказала Ольга. — И знаешь что? Если бы ты просто поговорила со мной, я бы всё тебе объяснила. Я бы помогла тебе найти работу, научила тебя экономить, показала, где можно купить хорошие вещи недорого. Но ты выбрала другой путь.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Дима стоял у окна, Лена — у двери, Ольга сидела на кровати, окружённая грудой вещей, которые должны были оставаться в её шкафу.
— Что теперь? — наконец спросил Дима.
Ольга глубоко вздохнула.
— Теперь Лена возвращает все мои вещи, которые она взяла. Всё до последней заколки. Потом она возвращает ключи от квартиры. И больше сюда не приходит.
— Оль, но она же моя сестра, — начал Дима.
— И именно поэтому я не звоню в полицию, — резко оборвала его Ольга. — Хотя могла бы. Кража — это уголовное преступление, Дима. Даже если воришка — твоя сестрёнка-студентка.
Он побледнел.
— Ты же не станешь…
— Не стану. Но только при одном условии — она больше никогда не переступает порог нашего дома. Если хочешь видеться с ней, встречайся где угодно. В кафе, у вашей мамы, на улице. Но не здесь.
— Это слишком жестоко, — прошептал Дима.
— Жестоко? — Ольга встала. — Жестоко — это месяцами обворовывать человека, который открыл тебе дверь своего дома. Жестоко — это врать в глаза и делать вид, что ничего не происходит. А я просто защищаю своё пространство и своё здоровье, потому что я уже чувствую себя сумасшедшей!
— Ладно, — тихо сказала Лена. — Я понимаю.
Ольга не ответила. Она просто кивнула в сторону двери.
Лена медленно вышла из спальни, Дима пошёл за ней. Ольга слышала, как они тихо разговаривают в прихожей, как звякают ключи, падая на стол, как открывается и закрывается входная дверь.
Потом Дима вернулся. Он остановился в дверях спальни, глядя на жену.
— Оль, — начал он.
— Не надо, — она подняла руку. — Просто… не надо сейчас.
— Мне жаль, — он подошёл ближе. — Правда жаль. Я должен был тебя поддержать сразу. Должен был поверить, когда ты говорила о пропажах.
— Да, должен был, — она посмотрела на него. — Но ты предпочёл думать, что я схожу с ума или просто забывчивая.
— Прости.
Ольга вздохнула. Её ждали на работе, и ей ещё предстояло её придумать, как объяснить, почему она задержалась.
