Максим проснулся от запаха свежезаваренного кофе. Приоткрыл один глаз и посмотрел на часы — восемь утра, суббота. Обычно в выходные просыпались позже, но сегодня Елена явно встала пораньше. Мужчина потянулся, скинул одеяло и направился на кухню.
Жена стояла у плиты и жарила яичницу. Темные волосы собраны в небрежный пучок, на лице легкая улыбка. Максим подошел сзади, обнял за талию и поцеловал в шею.
— Доброе утро, красавица.
— Доброе, — Лена повернула голову и чмокнула мужа в губы. — Садись, сейчас завтрак будет готов.
Максим налил себе кофе и устроился за столом. Смотрел, как жена накладывает яичницу на тарелки, режет хлеб, достает из холодильника масло и сыр. Обычное субботнее утро. Спокойное, уютное. Максим улыбнулся. Четыре года брака пролетели незаметно. И каждый день рядом с Еленой казался правильным.
Когда познакомились, Максим сразу понял — вот она, та самая. Умная, веселая, самостоятельная. Работала менеджером в торговой компании, зарабатывала прилично. Не висела на шее, не требовала подарков, не устраивала истерик. Просто любила и была рядом.
После свадьбы ничего не изменилось. Жили в съемной квартире, копили на собственное жилье. Максим трудился инженером на заводе, получал сто двадцать тысяч. Лена приносила шестьдесят. Вместе получалось неплохо. Вели общий бюджет, никто не считал, кто сколько вложил. Деньги — общие, траты — общие, планы — общие.
Два месяца назад решились на крупную покупку. Максим давно присматривал машину. Ездили на общественном транспорте, но хотелось своего авто. Нашли подходящий вариант — Hyundai Solaris, пять лет, один хозяин, в хорошем состоянии. Цена семьсот пятьдесят тысяч. Накопления как раз подходили. Обсудили с Еленой, взвесили все за и против. Решили брать.
Сейчас машина стояла во дворе. Синяя, чистая, своя. Максим каждое утро смотрел в окно и радовался. Но денег в заначке почти не осталось. Всего тысяч пятьдесят на черный день. Зарплаты хватало на жизнь, но откладывать получалось мало. Мужчина не переживал. Главное — есть к чему стремиться.
— О чем задумался? — голос Елены вернул мужа к реальности.
Максим посмотрел на жену и улыбнулся.
— Да так, мечтаю. Думаю, может, через год-два и на квартиру замахнемся. Если накопим на первый взнос.
Елена кивнула и откусила кусок хлеба.
— Было бы здорово. Надоело снимать. Хочется своего угла.
— Угол будет, — пообещал Максим. — Обязательно будет.
Позавтракали, помыли посуду вместе. Максим хотел предложить съездить за город, но зазвонил телефон жены. Елена взглянула на экран и поморщилась.
— Мама.
— Ответь, — Максим кивнул.
Лена провела пальцем по экрану.
— Привет, мама. Как дела?
Максим вышел из кухни, чтобы не мешать разговору. Прошел в комнату, включил ноутбук. Хотел посмотреть новости, но слышал голос тещи даже из комнаты. Валентина Павловна говорила громко, эмоционально. Максим не разбирал слов, но интонации были возбужденные.
Через десять минут жена вошла в комнату. Лицо напряженное, брови сведены.
— Что случилось? — спросил Максим.
— Мама увидела по телевизору холодильник, — Елена села на край кровати. — Какой-то супернавороченный. С сенсорным экраном, двумя компрессорами, зоной свежести. Влюбилась в него с первого взгляда.
Максим усмехнулся.
— Ну и пусть покупает, если нравится.
— Вот в том-то и дело, — Лена потерла переносицу. — Мама хочет, чтобы мы купили.
Максим повернулся к жене.
— Мы? Зачем нам холодильник? У нас свой нормальный.
— Не нам, — поправила Елена. — Ей. Маме. Для ее кухни.
Максим откинулся на спинку стула.
— Лена, у твоей матери холодильник два года назад новый купили. Помнишь? Мы даже вместе в магазин ездили, помогали выбирать.
— Помню, — кивнула жена. — Но мама говорит, что тот уже устарел. А новый — с кучей функций. Мамуля в восторге.
— И сколько это чудо техники стоит? — поинтересовался Максим.
Жена замялась.
— Сто восемьдесят тысяч.
Максим присвистнул.
— Ничего себе. За такие деньги можно подержанную машину купить.
— Я ей так и сказала, — Елена вздохнула. — Объяснила, что у нас сейчас денег нет. Все на машину потратили. Мама не слышит. Говорит, что холодильник нужен срочно. Что старый скоро сломается. Гудит как-то странно.
— Лена, старый холодильник почти новый, — Максим встал и подошел к жене. — Два года — это не срок. Там еще лет десять работать будет. И в любом случае ремонт дешевле бы обошелся.
— Знаю, — Елена обняла мужа за талию. — Но маме не объяснишь. Зациклилась на этой модели. Требует купить немедленно.
Максим погладил жену по спине.
— Скажи, что не можем сейчас. Может, через полгода, когда накопим.
— Говорила уже, — Елена отстранилась. — Мама устроила истерику. Кричала, что дочь ее не уважает. Что всю жизнь на нее положила, а теперь не может даже холодильник попросить.
Максим покачал головой.
— Валентина Павловна мастер манипулировать.
— Знаю, — тихо согласилась Елена. — Но она моя мама. Мне тяжело ей отказывать.
— Понимаю, — Максим поцеловал жену в макушку. — Но объективно — мы не можем купить холодильник за сто восемьдесят тысяч. У нас таких денег нет.
Елена кивнула и больше не возвращалась к теме. Остаток дня провели спокойно. Гуляли в парке, смотрели кино, готовили ужин вместе. Максим думал, что вопрос закрыт. Валентина Павловна остынет, забудет про холодильник. Но ошибался.
В понедельник вечером Елена пришла с работы молчаливая. Переоделась, разогрела ужин, но за стол не села. Стояла у окна и смотрела на улицу.
— Лена, что случилось? — Максим подошел к жене.
— Мама звонила три раза за день, — Елена не отрывала взгляд от окна. — Каждый раз про холодильник. Плакала в трубку. Говорила, что я бессердечная дочь. Что отказываю в малом.
— Сто восемьдесят тысяч — это не малое, — заметил Максим.
— Для мамы — малое, — Елена обернулась. — Мама не понимает, что это огромные деньги.
— Понимает, — возразил Максим. — Просто не хочет признавать. Она ведет себя как капризный ребенок, пройдет.
Елена села за стол. Максим устроился напротив. Ели молча. После ужина жена убрала посуду и снова замолчала. Максим видел — тема тяжелая, давит на Елену. Но что делать? Денег действительно нет.
Следующие дни повторялись по одному сценарию. Валентина Павловна звонила Елене по несколько раз в сутки. Плакала, умоляла, требовала, обвиняла. Жена приходила с работы подавленная. Отвечала односложно, уходила в себя. Максим пытался поддерживать, но чувствовал — между ними появляется стена.
В пятницу вечером Елена вернулась домой позже обычного. Максим уже начал волноваться, хотел звонить. Но жена появилась на пороге бледная, с красными глазами.
— Где была? — Максим помог снять куртку.
— К маме заезжала, — Елена прошла на кухню и налила воды. — Валентина Павловна не отпускала два часа. Кричала, рыдала, обвиняла во всех грехах.
— Лена, это невыносимо, — Максим сел рядом. — Нельзя так давить на человека.
— Мама говорит, что я должна ей помочь, — голос Елены дрожал. — Что она моя мать, родила, вырастила. А я отказываю в такой мелочи.
— Это не мелочь, — терпеливо повторил Максим. — Это огромные деньги, которых у нас нет.
Елена молчала. Пила воду маленькими глотками. Максим ждал. Наконец жена подняла глаза.
— А если взять кредит?
Максим замер.
— Кредит? На холодильник?
— Ну да, — Елена избегала взгляда мужа. — Можем платить постепенно. По десять тысяч в месяц. Справимся же.
Максим встал из-за стола.
— Лена, ты серьезно? Брать кредит на вещь, которая нам не нужна? Для твоей матери, у которой есть нормальный холодильник?
— Мама говорит, что старый холодильник плохо морозит, — Елена заговорила быстрее. — Что продукты портятся. Что ей неудобно.
— Два месяца назад было удобно, — Максим скрестил руки на груди. — Что изменилось?
— Мама увидела рекламу, — тихо ответила жена. — Захотелось.
— Захотелось, — повторил Максим. — Мне тоже много чего хочется. Новый телефон, например. Или телевизор побольше. Но я не беру кредиты на каждый каприз.
— Это не каприз! — Елена вскочила. — Это потребность!
— Нет, — твердо сказал Максим. — Это каприз. И манипуляция. Валентина Павловна давит на тебя, а ты давишь на меня.
Елена побледнела.
— Я не давлю.
— Давишь, — Максим подошел ближе. — Просишь взять кредит на ненужную покупку. Это и есть давление.
Жена отвернулась. Прошла в спальню и закрыла дверь. Максим остался на кухне. Сел за стол, обхватил голову руками. Что происходит? Почему теща вдруг решила, что имеет право диктовать условия? И почему Елена поддается на провокации?
Ночью спали по разные стороны кровати. Молчали. Утром Елена встала рано, оделась и ушла, не позавтракав. Максим проводил жену взглядом и вздохнул. Плохо дело.
В субботу днем Елена вернулась от матери. Села напротив мужа на диван и посмотрела прямо в глаза.
— Максим, нам нужно поговорить.
— Слушаю, — мужчина отложил телефон.
— Мы с мамой решили, что ты возьмёшь кредит на холодильник, — произнесла Елена ровным голосом, будто зачитывала приговор.
Максим моргнул. Переспросил:
— Что?
— Ты возьмешь кредит, — повторила жена. — На сто восемьдесят тысяч. Мама уже нашла выгодное предложение в банке. Проценты небольшие. Будем платить по девять тысяч в месяц. Два года.
Максим откинулся на спинку дивана. Смотрел на жену и не узнавал. Перед ним сидела чужая женщина. С жестким лицом, холодным взглядом.
— Лена, ты сейчас пошутила? — медленно спросил Максим.
— Нет, — Елена скрестила руки на груди. — Я серьезно. Мама ждет решения.
— Решения? — Максим наклонился вперед. — Какого решения? Ты объявила мне ультиматум. Не спросила, не обсудила. Просто поставила перед фактом.
— Потому что знала, что ты откажешь, — Елена сжала губы.
— Конечно откажу! — голос Максима повысился. — Я не идиот, чтобы брать кредит на чужой холодильник!
— Не на чужой, — возразила жена. — На мамин. Для моей семьи.
— Твоя семья — это я, — Максим встал. — Валентина Павловна — твоя мать. Но не моя ответственность.
Елена тоже поднялась.
— Значит, тебе все равно на мою семью?
— Мне не все равно на тебя, — Максим шагнул ближе. — Но я не обязан исполнять капризы твоей матери за свой счет.
— Это не каприз! — крикнула Елена. — Мама хочет нормальный холодильник!
— У нее есть нормальный холодильник! — крикнул в ответ Максим. — Который мы вместе выбирали два года назад! Который прекрасно работает!
— Работает плохо, — упрямо повторила жена. — Мама говорит…
— Мама врет, — отрезал Максим. — Манипулирует тобой. И ты ведешься.
Елена шагнула к мужу. Лицо исказилось.
— Не смей так говорить о моей матери!
— Буду говорить, как есть, — Максим не отступил. — Валентина Павловна устроила цирк из-за холодильника. Довела тебя до истерики. Заставила требовать от меня кредит. Это манипуляция в чистом виде.
— Ты просто жадный, — выплюнула Елена. — Тебе жалко денег на мою семью.
Максим сжал кулаки. Кровь прилила к лицу.
— Жадный? Я? Который четыре года обеспечивает тебя? Покупает одежду, оплачивает отпуска, снимает квартиру? Который потратил все накопления на машину, чтобы нам было удобно? И ты называешь меня жадным?
— Да, жадным! — Елена толкнула мужа в грудь. — Потому что на себя ты тратишь, а на мою мать — нет!
— А вот в чем дело! Теща узнала за сколько мы купили машину и активизировалась, но мы не печатаем деньги, мы их копили четыре года.
Максим отшатнулся. Посмотрел на жену с недоумением и продолжил:
— Лена, ты слышишь, что говоришь? Машина — это для нас обоих. Аренда квартиры — для нас. Еда, одежда — для нас. Я не трачу только на себя. Я трачу на семью. На нашу с тобой семью.
— А Валентина Павловна не семья? — выкрикнула жена.
— Не наша семья, — твердо сказал Максим. — Твоя мать — твоя ответственность. Хочешь помочь — помогай из своих денег.
— У меня нет таких денег! — Елена схватилась за голову.
— У меня тоже нет, — Максим развернулся. — И брать кредит я не буду. Точка.
— Тогда ты плохой муж, — прошипела Елена.
Максим обернулся.
— Повтори.
— Ты плохой муж, — Елена шагнула вперед. — Раз отказываешь мне в такой пустяке.
— Это не пустяк, — Максим покачал головой. — И я не отказываю тебе. Я отказываю твоей матери.
— Нет разницы, — Елена скрестила руки на груди. — Мама — это я.
Максим засмеялся. Коротко, зло.
— Мама — это ты? Серьезно? Лена, ты взрослая женщина. Тридцать два года. Ты жена, а не дочка.
— Я и дочка тоже! — закричала Елена. — И должна помогать матери!
— Помогай, — Максим пожал плечами. — Только не за мой счет.
Елена замахнулась и шлепнула мужа по лицу. Звонко, сильно. Максим застыл. Прижал ладонь к пылающей щеке. Смотрел на жену молча.
— Ты… — начала Елена, но запнулась.
Максим развернулся и пошел в спальню. Достал из шкафа спортивную сумку. Начал складывать вещи. Елена появилась в дверях.
— Ты что делаешь?
— Собираюсь, — коротко ответил Максим.
— Куда? — голос жены дрогнул.
— К другу, — Максим запихнул в сумку футболки. — Переночую у Артема.
— Из-за холодильника ты бросаешь семью? — Елена шагнула в комнату.
— Не из-за холодильника, — Максим застегнул сумку. — Из-за того, что отвесила пощечину. Оскорбила. Поставила требования своей матери выше наших отношений.
— Максим, подожди, — Елена схватила мужа за руку. — Давай поговорим спокойно.
Максим высвободился.
— Поздно. Я уже все понял.
— Что понял? — жена преградила путь к выходу.
— Что для тебя важнее капризы Валентины Павловны, чем я, — Максим отодвинул жену в сторону. — Что ты готова унижать меня, бить, требовать невозможного. Ради холодильника.
— Не ради холодильника! — закричала Елена. — Ради мамы!
— Одно и то же, — Максим надел куртку. — Прощай, Лена.
— Ты не уйдешь! — жена бросилась к двери. — Не смеешь!
Максим остановился.
— Отойди.
— Нет, — Елена прижалась спиной к двери. — Никуда ты не пойдешь.
Максим поставил сумку на пол. Посмотрел на жену внимательно.
— Лена, последний раз. Отойди от двери.
— Не отойду, — упрямо повторила жена. — Останешься здесь. Поговорим нормально.
— О чем говорить? — устало спросил Максим. — Ты требуешь кредит. Я отказываю. Тупик.
— Мы найдем компромисс, — Елена шагнула вперед. — Может, возьмем кредит поменьше. Или купим холодильник подешевле.
Максим покачал головой.
— Лена, дело не в сумме. Дело в принципе. Я не буду брать кредит на чужую покупку. Вообще. Ни за сто восемьдесят, ни за пятьдесят тысяч.
— Почему? — голос Елены сорвался.
— Потому что это неправильно, — Максим поднял сумку. — Потому что у твоей матери есть холодильник. Потому что мы только что купили машину. Потому что я не банкомат для исполнения чужих желаний. Понимаешь? Мы сами живем на съемной квартире, нужно правильно расставлять приоритеты, не нужно разбрасываться деньгами.
Елена молчала. Смотрела в пол. Максим подошел к двери.
— Отойди, пожалуйста.
Жена отступила. Максим открыл дверь и вышел на лестничную площадку. Обернулся.
— Если передумаешь, звони.
Дверь закрылась. Максим спустился вниз. Сел в машину. Завел двигатель. Посмотрел на окна квартиры. Там горел свет. Максим вздохнул и тронулся с места.
У Артема переночевал одну ночь. Друг пытался разговорить, но Максим отмахивался. Не хотелось обсуждать. Стыдно было признаваться, что жена разошлась из-за холодильника для тещи.
В понедельник утром Максим поехал не на работу, а к юристу. Нашел адвоката по семейным делам. Рассказал ситуацию. Юрист выслушал и кивнул.
— Понятно. Подавать на развод будем?
— Да, — твердо ответил Максим.
— Имущество общее имеется?
— Ну, — Максим достал блокнот. — Квартира съемная. Машина на мое имя, куплена в браке. Мебель, техника — тоже совместно нажитое.
Юрист записывал. Потом поднял глаза.
— Готовьте документы. Свидетельство о браке, чеки на машину, акты приема квартиры. Подадим заявление в ЗАГС, потом в суд.
Максим кивнул. Расплатился за консультацию и вышел на улицу. Достал телефон. Тридцать два пропущенных от Елены. Двадцать сообщений. Максим прочитал несколько.
«Максим, вернись, пожалуйста.»
«Давай поговорим.»
«Прости меня.»
«Не надо так.»
Максим убрал телефон в карман. Не ответил. Сел в машину и поехал на съемную квартиру. Нужно забрать остальные вещи. Пока Елены нет дома.
Квартира встретила тишиной. Максим быстро собрал одежду, документы, ноутбук. Оставил ключи на столе. Написал записку: «Подам на развод. Не звони.» Вышел и закрыл дверь.
Следующие дни жил у Артема. Друг не возражал. Даже помогал, поддерживал. Максим ходил на работу, возвращался, молчал. Думал много. Анализировал. Как вообще дошло до такого? Четыре года нормального брака разрушились за две недели. Из-за холодильника.
Нет, поправил себя Максим. Не из-за холодильника. Из-за того, что Елена не смогла отстоять границы. Поддалась давлению матери. Предпочла капризы Валентины Павловны здравому смыслу. Унизила.
Елена звонила каждый день. Максим не отвечал. Слушал гудки, смотрел на высвечивающееся имя на экране. И сбрасывал. Читал сообщения, но не отвечал.
Через неделю жена приехала на завод. Ждала у проходной. Максим вышел после смены и увидел знакомую фигуру. Лена стояла у забора, кутаясь в куртку.
— Максим, — жена шагнула навстречу. — Поговори со мной.
— О чем? — мужчина остановился в двух шагах.
— Обо всем, — Елена протянула руку, но не дотронулась. — Прости меня. Я была не права.
— Была, — согласился Максим.
— Я поняла свою ошибку, — Елена заговорила быстро. — Мама действительно манипулировала. Давила на меня. А я поддалась. Не должна была требовать от тебя кредит. Извини.
Максим молчал. Елена продолжала:
— Я сказала маме, что холодильника не будет. Мама обиделась, не разговаривает со мной. Но мне все равно. Главное — вернуть тебя.
— Поздно, — тихо сказал Максим.
Елена побледнела.
— Что… что поздно?
— Возвращаться, — Максим посмотрел жене в глаза. — Я подал на развод. Юрист оформляет документы.
— Максим, нет, — Елена схватила мужа за руку. — Не надо! Давай попробуем еще раз!
— Не хочу, — Максим освободился. — Ты меня ударила, Лена. Оскорбила. Поставила мать выше меня. Я не смогу это забыть.
— Я изменюсь! — закричала жена. — Обещаю! Больше никогда не буду слушать маму!
— Обещаешь сейчас, — Максим покачал головой. — А через месяц теща снова что-нибудь захочет. И ты снова не устоишь.
— Нет, — Елена замотала головой. — Не повторится. Клянусь.
Максим отступил.
— Прощай, Лена. Береги себя.
Развернулся и пошел к машине. Елена бежала следом.
— Максим, остановись! Пожалуйста!
Мужчина сел за руль, завел двигатель. Елена стучала в окно. Максим тронулся с места. В зеркале заднего вида видел, как жена стоит посреди дороги и плачет. Сердце сжалось. Но Максим не остановился.
Развод оформили через два месяца. Встретились в суде. Обсудили раздел имущества. Судья зачитала решение. Брак расторгнут. Супруги договорились так, машина остается Максиму. Мебель и техника плюс деньги двадцать процентов от стоимости машины — Елене. Раздел прошел спокойно, без скандалов.
После суда Елена догнала бывшего мужа на улице.
— Максим, дай мне еще шанс.
— Нет, — мужчина не остановился.
— Пожалуйста, — Елена шла рядом. — Я правда изменилась.
— Поздно, — повторил Максим. — Иди домой, Лена.
Жена остановилась. Максим ушел вперед. Не обернулся.
Жизнь после развода наладилась быстро. Максим снял однушку недалеко от завода. Маленькая, но уютная. Платил двадцать тысяч в месяц. Остальные деньги тратил на себя. Обновил гардероб, купил новый телефон. Впервые за годы почувствовал свободу.
Работал, как и раньше. Приходил домой, готовил ужин, смотрел фильмы. Иногда встречался с друзьями. Артем часто заходил в гости. Приносил пиво, сидели до ночи, разговаривали.
— Не жалеешь? — спросил как-то друг.
— О разводе? — Максим задумался. — Нет. Жалею, что не ушел раньше. Когда Елена впервые начала требовать кредит.
— Думаешь, было бы иначе?
— Не знаю, — Максим пожал плечами. — Но точно легче. Без скандалов, без унижений.
Артем кивнул.
— Главное — ты свободен теперь.
— Свободен, — согласился Максим. — И это главное.
Елена писала еще несколько месяцев. Просила встретиться, поговорить, попробовать снова. Максим отвечал отказом. Постепенно сообщения прекратились. Бывшая жена исчезла из жизни окончательно.
Максим не скучал. Строил новую жизнь. Без манипуляций, без давления, без чужих капризов. Работал, откладывал деньги, копил на квартиру. Уже через полгода на счету было больше двухсот тысяч. Еще год — и хватит на первый взнос по ипотеке.
Однажды вечером Максим сидел на балконе и пил чай. Смотрел на закат. Думал о прошлом. О четырех годах с Еленой. Хорошие были годы. До того момента, когда Валентина Павловна не решила, что холодильник важнее всего.
Максим усмехнулся. Холодильник. Из-за бытовой техники развалился брак. Абсурд. Но правда. И лучше так, чем жить дальше в постоянном напряжении. В страхе, что теща снова что-то потребует. А жена снова встанет на ее сторону.
Максим допил чай. Поставил кружку на перила. Посмотрел на небо. Завтра снова на работу. Жизнь продолжается. Спокойная, размеренная, честная. Без лжи, без манипуляций, без чужих требований. Своя жизнь. И это прекрасно.
