Он был главным секс-символом советского кино. Зеленые глаза, непослушные кудри, низкий бархатный голос – от одного его взгляда женщины теряли голову. Ему писали письма с признаниями, вкладывали в конверты пряди волос, караулили у подъездов. А он мечтал о другом: о серьезных драматических ролях, о возможности показать характер, а не только красивое лицо.
Николай Еременко-младший сыграл в фильмах, которые стали легендами: «Красное и черное», «Пираты XX века», «31 июня», «У озера». Но за блеском экранного успеха скрывалась глубокая личная драма. Он так и не смог стать счастливым в любви, а под конец жизни играл в кино самого себя – уставшего, разочарованного, разрывающегося между долгом и чувствами.
Что же на самом деле происходило в душе главного красавца СССР? И почему роковая сцена с Натальей Белохвостиковой стала пророческой?
Детство за кулисами: сын легенд
Николай Еременко родился зимой 1949 года в Минске, в семье, которая была настоящим достоянием советского искусства. Отец, Николай Николаевич Еременко-старший, – народный артист СССР, звезда фильмов «Люди и звери», «Вечный зов». Мать, Галина Александровна Орлова, блистала на сцене Национального академического театра имени Янки Купалы.
Мальчик рос не в обычной квартире с игрушками, а за кулисами театра. Вместо машинок – бутафория, вместо детских книжек – сценарии. Он мог часами наблюдать, как гримируются актеры, как репетируют сцены, как зал замирает перед началом спектакля.
Вопрос «кем быть» не стоял. Конечно, актером. Как папа.
Опоздание во ВГИК и отеческий урок
Получив аттестат, Коля собрал чемодан и рванул в Москву покорять ВГИК. Он был уверен в успехе: молодой, талантливый, с династической фамилией. Но судьба приготовила первый удар.
Он влетел в приемную комиссию, сияя улыбкой, и услышал ледяное:
– Молодой человек, вы опоздали. Прием документов закончен вчера.
Коля опешил. Земля ушла из-под ног. Он пытался объяснить, что из Минска, что специально, что мечтал… Но правила есть правила.
Отец, узнав о неудаче, не стал утешать. Коротко бросил:
– Москва слезам не верит, Коля. Поехали в Минск, у нас свой театральный есть.
Но сын закусил удила. Ему нужна была только Москва.
Второй шанс от Герасимова
Через год удача улыбнулась. Набирал курс сам Сергей Герасимов – легендарный режиссер, который когда-то открыл дорогу в кино и Еременко-старшему. Конечно, без помощи отца не обошлось, но на экзаменах Коля держался достойно.
Правда, учеба давалась ему не так, как хотелось бы педагогам. Он был ленив, прогуливал лекции, мало читал, на экзаменах выкручивался природным обаянием. Но Герасимов разглядел в нем искру.
Однажды после семинара мастер подозвал студента:
– Задержись, Коля.
Он прошелся вокруг, прищурился и сказал фразу, которую Еременко запомнил навсегда:
– Из любого умного человека можно сделать профессионала. Я верю, что даже из такого оболтуса, как ты, выйдет хороший артист.
Коля тогда не понял, похвалили его или отчитали. Но слова запали в душу.
«Оболтус», который покорил мастеров
Герасимов оказался прав. Уже в студенчестве Еременко начал сниматься. Правда, поначалу роли были однотипными – режиссеры видели только смазливую мордашку и предлагали играть легкомысленных красавчиков.
Но настоящий прорыв случился с фильмом «Красное и черное». Роль Жюльена Сореля принесла ему всесоюзную славу. Зрительницы рыдали у экранов, а Европа рукоплескала.
Казалось, можно радоваться. Но сам Коля чувствовал: это только начало.
Четыре Наташи и одна особенная
Однокурсницы сохли по нему. Высокий, зеленоглазый, с обволакивающим голосом – он был мечтой любого института. Но сердце красавца было занято. И не одной, а сразу четырьмя Наташами: Бондарчук, Гвоздиковой, Аринбасаровой и Белохвостиковой.
Особое место занимала Наталья Белохвостикова. Их знакомство произошло на съемках фильма «У озера», где она играла главную роль. Коля был младше, но это не помешало ему влюбиться.
Сцена, от которой Наташа покрылась пятнами
В фильме была интимная сцена. По нынешним меркам – невинная: Еременко должен был поцеловать девушку и уложить на кровать. Но для конца 60-х это казалось почти неприличным.
Позже актер вспоминал, как проходили съемки:
– Наташа от волнения вся пошла малиновыми пятнами. А Герасимов с интересом наблюдал, как мы будем выпутываться. На площадку поглазеть собралась вся группа.
Сцену сняли. А Коля начал ухаживать за партнершей. Однокурсники завидовали, девушки вздыхали, а Наташа… улыбалась, но держала дистанцию.
То ли учеба и съемки выматывали, то ли женская интуиция подсказывала: этот красавчик слишком легкомысленный.
Неразделенная любовь к Белохвостиковой
Спустя годы Еременко признавался:
– Мы тогда все друг в друга перевлюблялись. Юность, съемки, озеро, романтика… Это был невинный флирт, который быстро проходит. Но был один момент – всего один! – когда нам казалось, что мы созданы друг для друга. Только казалось.
Белохвостикова выбрала другого – режиссера Владимира Наумова. А Коля остался с разбитым сердцем. И с амплуа героя-любовника, которое будет преследовать его всю жизнь.
Как Еременко стал «советским суперменом»
В конце 70-х режиссер Борис Дуров задумал снять первый советский боевик – «Пираты XX века». На роль главного героя пробовались многие. Когда пришел Еременко, Дуров скептически окинул его взглядом:
– Ты понимаешь, Коля, мне нужен советский супермен. Герой. А ты… ты беспечный сердцеед. Зрительницы будут влюбляться, а враги – смеяться.
Коля усмехнулся, молча снял пиджак, отошел к стене и за пару минут показал то, чему научился тайно – запрещенное в СССР каратэ. Четкие удары, молниеносные блоки, пластика дикого зверя.
Дуров присвистнул:
– Ну, черт… Ладно, убедил. Снимаемся.
Каратэ, которое убедило режиссера
Еременко не просто сыграл – он жил этой ролью. Работал без дублеров, сам выполнял трюки, часами находился в ледяной воде, рискуя жизнью. Однажды едва не погиб: заклинило акваланг, и актеру пришлось выплывать без воздуха, на последнем вдохе.
– Коль, ты с ума сошел! – кричали с берега. – Вода ледяная, вылезай!
– Не вылезу, – отмахивался он. – Надо снять дубль.
Выплыл, откашлялся и пошел работать дальше.
«Пираты XX века»: подвиги без дублера
Когда фильм смонтировали, началась травля. Критики обвиняли создателей в пропаганде насилия, в преклонении перед Западом, требовали положить картину на полку. Ситуация была настолько серьезной, что судьба фильма висела на волоске.
Спасло личное вмешательство Брежнева. Леонид Ильич посмотрел «Пиратов» в домашнем кинозале, крякнул довольно и сказал:
– Хорошее кино. Наши ребята молодцы. Пусть люди смотрят.
После этого фильм выпустили в прокат. Результат превзошел ожидания: 100 миллионов зрителей. Ни одна отечественная картина до этого не собирала такой кассы. А журнал «Советский экран» назвал Еременко лучшим актером 1981 года.
Сто миллионов зрителей и проклятие амплуа
Казалось бы – триумф. Но сам Николай не радовался. Он задыхался в роли героя-любовника. Режиссеры упорно видели в нем только красивую картинку, а он мечтал о серьезных, характерных ролях, где можно показать нутро.
– Хватит с меня ямочек на щеках! – ворчал он в кругу друзей.
Но амплуа преследовало по пятам.
Мешки писем и пряди волос
Поклонницы сходили с ума. После каждой новой картины почтальоны приносили мешки писем. Девушки писали признания, клялись в вечной любви, а некоторые вкладывали в конверты… свои волосы. Русые, черные, рыжие – всех оттенков.
– Коля, тебе опять почту привезли! – смеялись коллеги.
Он улыбался в ответ, но внутри уже поселилась горечь.
Усталость от роли героя-любовника
С годами популярность стала тяготить. Его узнавали на улицах, не давали прохода, а роли оставались прежними. Даже в телефильме «31 июня», где он сыграл художника, зрители видели только красавчика, а не драматического актера.
Еременко мечтал о комедийных, сатирических персонажах, о возможности перевоплощаться. Но режиссеры упорно не замечали его потенциала.
Редкие прорывы: Меньшиков, Гленарван
Иногда удавалось вырваться из плена амплуа. Например, образ хитрого и циничного Александра Меньшикова в фильмах о Петре Первом – это был настоящий прорыв. Или благородный лорд Гленарван в «Поисках капитана Гранта» – эталон мужественности и справедливости.
Но такие роли были каплей в море.
Лихие 90-е: халтура ради денег
С развалом СССР рухнуло и кино. Вместо романтических героев на экранах появились бандиты в малиновых пиджаках. Многие актеры тогда остались без работы. Еременко продолжал сниматься, но в основном в низкопробных боевиках: «Снайпер», «Крестоносец», «Я объявляю вам войну».
Иногда мелькало что-то стоящее – «Царская охота», например. Но в основном была халтура ради денег. Коля, некогда гордый и разборчивый, соглашался на всё.
Режиссерский дебют и работа с отцом
В 1995 году он решил рискнуть и выступил режиссером и продюсером фильма «Сын за отца». Это была единственная картина, где он работал в паре с отцом. Но и здесь особого успеха не случилось.
Картина прошла незамеченной. А отношения с отцом, и без того сложные, становились всё напряженнее.
«Подари мне лунный свет» – исповедь на экране
В 2001 году Дмитрий Астрахан пригласил Еременко в мелодраму «Подари мне лунный свет». Роль оказалась пророческой. Он сыграл человека, запутавшегося в отношениях, измученного бытом, разрывающегося между любовью и долгом.
В одном из эпизодов его герой смотрит на жену (Наталья Андрейченко) с такой болью, что зал замирал:
– Что же мы делаем? Что же мы мучаем друг друга?
– Это ты меня мучаешь.
– Потому что я тебя люблю…
В зале стояла тишина. Зрители плакали. Они не знали, что эта сцена – почти документальная. Личная жизнь Еременко в то время рушилась так же, как у его героя.
Вместо эпилога: что скрывалось за красивой улыбкой
Николай Еременко ушел из жизни в 2001 году, вскоре после выхода фильма. Ему было всего 52. Официальная причина – инсульт. Но друзья говорили: его сгубила тоска, невостребованность, разочарование.
Он был красив, талантлив, любим миллионами. Но так и не стал счастливым. И эта трагедия – пожалуй, самая главная его роль.
А вы помните фильмы с Николаем Еременко? Какой его образ вам ближе – благородный герой или уставший человек из «Подари мне лунный свет»? Делитесь в комментариях, подписывайтесь на канал и ставьте лайки – нам важно ваше мнение.
