История Анастасии Лариной — третьей жены актёра Константина Соловьёва — похожа на затяжной судебный сериал с новыми сезонами. Почти десять лет брака, двое детей, совместная ипотека и горький развод, который перерос в изматывающую войну.
Теперь Ларина, оказавшись в тупике, пришла в студию «Пусть говорят», чтобы публично попросить о помощи и рассказать, как бывший муж, по её словам, отравляет ей жизнь.
«Впереди 14 лет ипотеки, но я не уверена, что жильё достанется детям»
Эмоциональное выступление Лариной началось с главной боли — неопределённого будущего её детей. Квартира, купленная в браке и всё ещё находящаяся в ипотеке, стала яблоком раздора.
«У меня безвыходная ситуация в переговорах с Костей. Ничего не понимаю. Впереди 14 лет ипотеки, но я не уверена, что жилье достанется нашим детям», — заявила она с порога.
Ведущий Дмитрий Борисов напомнил о прошлом: несколько лет назад в этой же студии сидела вторая жена Соловьёва, актриса Евгения Ахременко, которая обвиняла Ларину в разрушении её семьи. Намёк на «бумеранг» был очевиден.
Но Ларина парировала: «Я бы не сказала, что он поступил так ради меня. Таков был его осознанный выбор, и он был жестоким… Уже тогда понимала: если Костя так поступил с ней, при нашем разводе меня ждет то же». Она призналась, что сочувствовала Ахременко, но Соловьёв тогда запрещал ей что-либо комментировать.
Новая жена в старой квартире: сюрприз с пропиской
Во время эфира всплыла шокирующая для Лариной деталь. Оказалось, что в спорной квартире, помимо них с детьми, прописана нынешняя, уже четвёртая по счёту жена Соловьёва — Валентина, а также её дети от первого брака.
«Я узнала об этом случайно… Просто спросила Костю, он ответил: «Да, прописал и её детей тоже». Не знаю, имел ли он право», — сказала ошарашенная Анастасия.
При этом, по её словам, Соловьёв, распоряжаясь жилплощадью, не платит ни коммунальные платежи, ни ипотеку. Единственное, чего она добилась — алименты по 20 тысяч рублей на каждого ребёнка. Всё остальное легло на её плечи.
Ультиматум: 13 миллионов или продажа
Ситуация достигла пика, когда Соловьёв, по версии Лариной, начал «мухлевать» с суммой алиментов, ссылаясь на непостоянные заработки, а затем прислал официальное письмо с ультиматумом.
«Прислал мне письмо, что хочет продать или сдать квартиру. И что у меня есть один месяц, чтобы заплатить ему 13 миллионов», — заявила женщина в прямом эфире.
Для неё, в одиночку выплачивающей ипотеку и воспитывающей детей, эта сумма неподъёмна. Её главное желание — юридически закрепить квартиру за детьми, чтобы многолетние усилия не пропали даром.
Запреты, скандалы и «чудовищные» кризисы
За десятилетие брака, как рассказала Ларина, было много хорошего, но финал оказался разрушительным. Её удивляло, что муж запрещал ей работать, даже когда в семье не хватало денег — якобы это ущемляло его эго.
Когда кризис стал неизбежен, она предложила пойти к семейному психологу. Вместо этого начались, по её словам, «чудовищные скандалы при детях».
«Я закрылась эмоционально, а он кричал, орал, бил кулаком по стены», — призналась она. На прямой вопрос Борисова об изменах Ларина ответила уклончиво: «Никто в их пане не святой». Но подчеркнула, что сейчас речь не о прошлом, а о будущем детей.
«Готова платить, но мне нужно знать»
Анастасия Ларина готова нести ответственность за свой выбор. «Я согласна с тем, что ужасна, что меня настигла карма… Готова платить за ипотеку и содержать детей, но мне нужно знать, что эта квартира достанется им».
Её отчаяние сквозит в каждой фразе: «Впереди 14 лет, учитывая то, на скольких работах я работаю, не факт, что вообще доживу до конца этого периода. Но детям-то пусть всё останется. Я даже предлагала завещание сделать».
Эта история вышла далеко за рамки частного конфликта. Она обнажает типичные проблемы: неравное положение бывших супругов после развода, юридические ловушки в разделе имущества, эмоциональное давление и финансовые манипуляции.
Анастасия Ларина, придя на телевидение, ищет не просто справедливости — она ищет гарантий, что многолетний труд и жертвы не окажутся напрасными, а у её детей будет крыша над головой. Война с бывшим мужем для неё — это уже не борьба за прошлое, а отчаянная попытка отстоять будущее своих детей.
Что, по-вашему, движет им в этой войне: желание выжать деньги, жажда мести или просто полное равнодушие к будущему собственных детей? И есть ли у женщины в такой ситуации реальные рычаги влияния, кроме публичного скандала?
