— Вход на мой день рождения в этом году стоит пять тысяч рублей с человека, так что с вас двоих десятка, и это не обсуждается! — безапелляционно заявил Игорь, едва я успел снять трубку.
Я чуть не выронил телефон.
Мы дружили с Игорем со второго курса политеха — больше двадцати лет. Я привык к его причудам, к его вечному поиску выгоды и умению «забывать» кошелек в кафе, но это было нечто новенькое.
— Подожди, Игорь, — я переглянулся с женой, которая по выражению моего лица уже поняла, что происходит нечто экстраординарное. — Что значит «вход стоит пять тысяч»? Ты теперь билеты на свои именины продаешь?
— Димон, ну ты как маленький, — в трубке послышалось недовольное сопение. — Ты представляешь, сколько сейчас стоит аренда загородного дома? А мясо? А элитный алкоголь? Я хочу устроить праздник мирового уровня, чтобы всё было «all inclusive». И чтобы не было этой дурацкой ситуации, когда один дарит дорогую дрель, а другой — набор носков. Пять тысяч — это честный взнос в общий котел веселья. Зато голова ни о чем не болит: приехал, поел, попил, отдохнул.
— Слушай, — я постарался подобрать слова, — мы вообще-то планировали выбрать подарок сами. Лена уже присмотрела тебе классный спиннинг, ты же просил.
— На спиннинг я сам себе заработаю, — отрезал именинник. — Мне сейчас наличка нужнее. Считай это депозитом за стол. В субботу в два часа жду на даче. Скинешь на карту или наличными при встрече?
— Мы подумаем, Игорь.
— Что тут думать? — удивился он. — Места ограничены, бронируй заранее!
Я нажал отбой и устало опустился на стул.
Лена, подпирая щеку рукой, смотрела на меня с нескрываемым сарказмом.
— Ну что, «золотой билет» в шоколадную фабрику Игоря подорожал? — спросила она.
— По пять тысяч с носа, — выдохнул я. — Говорит, что это за «всё включено».
— У него всегда «всё включено», — фыркнула жена. — Только обычно это включает в себя наши нервы и пустые тарелки. Ты помнишь, как в прошлом году мы скидывались на «царь-пиццу», а в итоге ели по одному кусочку маргариты, потому что он «забыл» заказать вторую коробку?
Игорь был человеком-легендой в нашей компании. Если бы за жадность давали олимпийские медали, он бы пожизненно удерживал мировой рекорд.
Мы терпели его годами. Почему? Сложно сказать. Наверное, из-за той самой «инерции дружбы». В институте он был душой компании, умел рассказывать анекдоты так, что преподаватели забывали ставить прогулы. Но с годами его обаяние стало приобретать специфический медный привкус.
Однажды он занял у нашего общего знакомого Виталия пятьдесят тысяч на «срочную операцию для кошки». Через неделю мы увидели Игоря на новом велосипеде.
Когда Виталий спросил про кошку, Игорь, не моргнув глазом, ответил: «Кошка чудом исцелилась, а инвестиции в здоровье хозяина — это залог долголетия питомца».
Работал Игорь в отделе снабжения крупной фирмы. Когда там начали пропадать пачки офисной бумаги и картриджи, Игорь с абсолютно каменным, почти трагическим лицом объяснял начальнику:
— Это крысы, Семен Семеныч. Грызут всё подряд. У них сейчас период гнездования, они из бумаги норы вентшахтах вьют.
И ведь ему верили! Или делали вид, что верят, потому что Игорь умел быть полезным в мелочах: достать дефицитную деталь, договориться о скидке через десятые руки. Но приглашение на день рождения с фиксированным ценником — это был выход на новый уровень наглости.
— Поедем? — спросил я Лену в пятницу вечером.
— Поедем, — неожиданно согласилась она. — Но с одним условием. Мы не будем платить этот оброк в полном объеме.
— В смысле? Он же сказал — по пять тысяч.
— Дима, это не ресторан. Это день рождения друга. Мы купим красивый букет для его мамы — она всегда там бывает, и она чудесная женщина. И положим в конверт четыре тысячи. По две с каждого. Это и так щедрый подарок за сомнительное удовольствие созерцать его экономную физиономию в лесу.
— Он же устроит скандал.
— Пусть попробует, — прищурилась Лена. — В конце концов, мы тратим деньги на бензин и время на дорогу.
В субботу погода была отличная, чего нельзя было сказать о моем настроении. Мы подъехали к дачному поселку, где Игорь арендовал небольшой домик.
На входе у калитки стоял сам виновник торжества. В руках у него был небольшой кожаный блокнот и ручка. Выглядело это так, будто он работает вышибалой в элитном клубе, а не встречает старых друзей.
— О, Димон! Леночка! Выглядите на миллион! — воскликнул он, широко улыбаясь.
Мы обнялись. Лена протянула ему огромный букет лилий.
— Это твоей маме, Игорь. Передай ей, что она вырастила… очень предприимчивого сына.
— Спасибо, спасибо! — Игорь быстро перехватил букет и тут же уставился на мои руки. — А конвертик?
Я молча протянул ему белый конверт. Игорь не стал дожидаться, пока мы пройдем в дом. Он тут же вскрыл его прямо у калитки. Его пальцы ловко пересчитали купюры. Улыбка мгновенно сползла с его лица, сменившись выражением глубочайшего разочарования, будто я только что признался, что случайно переехал его любимый велосипед.
— Тут четыре тысячи, — констатировал он ледяным тоном.
— Всё верно, Игорь, — спокойно ответил я. — По две с каждого. Плюс букет, плюс дорога. Мы посчитали, что это вполне адекватная сумма для праздника на даче.
— Адекватная? — Игорь возмутился так искренне, что мне на секунду стало стыдно. — Я же четко сказал: по пять! Вы что, шутите? У меня же бюджет рассчитан! Я на вас заказывал мясо из расчета определенной суммы!
— Игорь, — вмешалась Лена, — мы гости, а не спонсоры твоего стартапа. Давай не будем начинать праздник с бухгалтерии.
— Ну уж нет, — проворчал он, пряча конверт в карман джинсов. — Ладно, заходите. Но имейте в виду: вы мне должны еще шесть тысяч. Я себе в блокнотик запишу, чтобы не забыть. Позже переведете.
— В смысле шесть? — я остановился. — Пять плюс пять — это десять. Мы дали четыре. Остается шесть. Но ты же сказал, что вход — пять?
— Димон, ты что, считать разучился? — Игорь посмотрел на меня как на умалишенного. — Пять — это был ранний взнос. Для тех, кто подтвердил до четверга. А кто позже — уже по восемь! Инфляция, бронь, все дела. Но я вам по старой дружбе сделаю скидку. Давайте еще по три тысячи с каждого, и мы в расчете.
Мы с Леной переглянулись. Градус абсурда зашкаливал.
— Пошли за стол, — коротко бросила жена. — Посмотрим на этот «all inclusive».
Когда мы вошли на веранду, я почувствовал, что нас где-то обманули. И обманули крупно.
За столом уже сидели Виталий с женой и еще пара наших общих знакомых. Вид у них был, мягко говоря, озадаченный. Посреди стола сиротливо ютились две пластиковые тарелки с нарезкой.
Колбаса была самого дешевого сорта, с характерными белыми вкраплениями жира, которые не таяли даже на солнце. Сыр был нарезан так тонко, что через него можно было читать газету. Рядом стояла миска с пожухлыми огурцами и тарелка с обычным батоном.
— И это всё? — шепотом спросил я Виталия, присаживаясь рядом.
— Тсс, — Виталий нервно оглянулся на дверь. — Это только «разогрев», как выразился хозяин. Он сказал, что основное шоу впереди. Но, Димон, он с нас по пять штук содрал! Я за эти деньги мог в приличный стейк-хаус сходить и еще на такси бы осталось.
— Он и с нас просил. Только уже по восемь, — ответил я.
Виталий поперхнулся дешевым лимонадом.
— Сколько?! Да он совсем берега попутал.
В этот момент в дверях появился Игорь. В руках он торжественно нес бутылку самого дешевого игристого вина, которое обычно покупают для мытья окон.
— Так, внимание! — провозгласил он. — Первый тост — за меня! Прошу всех наполнить бокалы. Только экономно, ребята, экономно. Это коллекционный урожай, его мало.
Он разлил вино по пластиковым стаканчикам. Жидкость едва прикрывала дно.
— Игорь, а когда будет мясо? — подала голос жена Виталия. — Мы с утра не ели, специально аппетит берегли.
— Мясо уже томится! — бодро отозвался именинник. — Настоящий шашлык не терпит суеты. Пока закусывайте овощами, они очень полезны для пищеварения.
Прошел час. Потом еще один. Мы выпили по стаканчику этой кислятины и съели всю прозрачную нарезку. Желудок начал подавать сигналы бедствия.
— Слушай, Игорь, — не выдержал я, — давай я помогу тебе с мангалом? А то гости скоро начнут грызть ножки стола.
— Не-не, Димон, там секретная технология, — отмахнулся он. — Я сам.
Наконец, когда тени стали длинными, а гости — агрессивными, Игорь вынес «гвоздь программы». Это был небольшой поднос, на котором лежало несколько шампуров с чем-то серым и сморщенным.
— Налетай! — скомандовал он.
Я взял кусочек. Это было не мясо. Это была подошва старого сапога, которую долго пытали в слабом растворе уксуса. Жесткое, жилистое, абсолютно безвкусное нечто.
— Игорь, а что это за мясо? — спросил Виталий, отчаянно пытаясь прожевать кусок.
— Свинина! Шея! — гордо ответил тот. — Брал на рынке по акции. Десять килограммов купил!
— Где остальные девять? — Лена скептически оглядела поднос. — Тут дай бог полтора килограмма на восемь человек.
— Ну… ужарка, — Игорь ничуть не смутился. — Вы же знаете, мясо сильно теряет в весе при термической обработке. И вообще, переедание вредно.
— А вино? — спросил кто-то. — Бутылка закончилась еще час назад.
— Ребята, ну мы же не пить сюда пришли, а общаться! — Игорь развел руками. — Если кто-то хочет продолжения банкета, у меня в багажнике есть еще ящик пива. Но оно не входит в основной пакет. По двести рублей за бутылку, и я принесу.
В наступившей тишине было слышно, как на дереве застрекотала сорока. Кажется, даже она была в шоке от такой коммерции.
— Знаешь что, Игорь, — Виталий медленно встал из-за стола. — Спасибо за гостеприимство. Но нам пора.
— Куда? — искренне удивился Игорь. — Мы же еще в «Крокодила» не играли! У меня и призы заготовлены!
— Мы как-нибудь в другой раз, — сухо ответил Виталий.
Мы с Леной тоже поднялись. Оставаться в этом театре абсурда не было никакой мочи.
— Вы тоже уходите? — Игорь подбежал к нам у выхода. — Димон, ну ты же помнишь про долг? Шесть тысяч! Можешь прямо сейчас перевести по номеру телефона, у меня приложение открыто.
Я посмотрел на него. В его глазах не было ни капли стыда, только голый расчет и ожидание прибыли.
— Игорь, — сказал я максимально спокойно, — за эти сухари, которые ты называешь шашлыком, и за один глоток теплого кисляка ты уже получил с нас четыре тысячи. Считай, что это была благотворительная помощь начинающему олигарху. Мы тебе ничего не должны. Более того, это ты нам должен за испорченный выходной.
— Ты серьезно? — его лицо пошло красными пятнами. — Ты кидаешь друга в его день рождения из-за каких-то жалких копеек?
— Нет, Игорь. Это ты продаешь дружбу по прайсу. Прощай.
Мы сели в машину и уехали под его возмущенные крики о том, что «мир полон неблагодарных людей».
Я думал, на этом история закончится. Но через неделю мой телефон ожил в семь утра.
— Здорово, жадина! — раздался в трубке бодрый голос Игоря. — Ну что, совесть проснулась? Жду перевод. Шесть тысяч, напоминаю. А то проценты начну капать.
Я сначала подумал, что это шутка. Но тон Игоря был серьезным и даже угрожающим.
— Игорь, ты в своем уме? — спросил я, пытаясь окончательно проснуться. — Какой перевод? Какой долг? Я тебе всё сказал еще на даче.
— Ах, вот ты как заговорил! — Игорь перешел на визг. — Значит, ты официально отказываешься платить за праздник? Ты понимаешь, что ты сделал? Я из-за вас в минус ушел! Я дом снимал, я продукты лучшие выбирал!
— Лучшие продукты? — я не выдержал и рассмеялся. — Игорь, та колбаса была старше нас с тобой. А мясо ты явно нашел на свалке.
— Неважно! — отрезал он. — Есть договор. Вы пришли — значит, согласились с условиями. Короче, Димон, я даю тебе 24 часа. Если денег не будет, я всем нашим общим друзьям расскажу, какой ты на самом деле «друг». Я создам чат в Ватсапе, я напишу в соцсетях. Все узнают, как ты со своей женой объели именинника и сбежали, не заплатив. Посмотрим, кто после этого позовет вас в гости.
— Ты серьезно собираешься устраивать этот цирк? — я был поражен масштабом его безумия.
— Еще как серьезно! — рявкнул он. — Готовь деньги, Димон. Честь стоит дороже шести тысяч.
Он бросил трубку.
Через час мне начали приходить уведомления. Игорь действительно создал группу под названием «Должники и предатели». Туда он добавил всех наших университетских друзей, коллег и даже пару моих клиентов, чьи контакты он когда-то выудил у меня под предлогом «нужных связей».
В группе висело длинное, полное драматизма сообщение:
«Дорогие друзья! Никогда не думал, что мне придется это писать. Но мой лучший друг Дима и его жена Лена поступили со мной подло. Пришли на мой ДР, съели весь запас элитного мяса, выпили коллекционный бар, а когда пришло время платить оговоренный взнос — просто сбежали. Теперь Дима скрывается и не берет трубку. Остерегайтесь! Не зовите их на праздники — они объедят вас до нитки и оставят с долгами!»
Мой телефон начал разрываться от звонков.
— Дим, это что за бред? — звонил Виталий. — Игорь там совсем кукухой поехал? Он пишет, что вы съели десять килограммов мяса. Какого мяса? Того серого картона?
— Виталик, ты же сам видел этот стол, — устало ответил я.
— Конечно видел! — возмущался Виталий. — Я ему в чате так и написал: «Игорь, ты совесть поимей, мы сами там чуть от голода не опухли». Знаешь, что он сделал? Он меня заблокировал и удалил из группы!
К обеду ситуация стала еще интереснее. В группе начали появляться сообщения от других «приглашенных».
«А с меня он вообще семь тысяч требовал за «вип-место» поближе к мангалу!» — написала Марина, наша однокурсница.
«Ребята, а помните, как он три года назад собирал на похороны троюродного дяди в Житомире? Я вчера этого дядю в торговом центре видел, он там охранником работает, живой и здоровый!» — добавил Костя.
Эффект получился прямо противоположный тому, на который рассчитывал Игорь. Вместо того чтобы заклеймить меня позором, он открыл портал в ад собственных прегрешений.
Люди начали вспоминать все его выходки: невозвращенные долги, украденную бумагу, платные советы и сомнительные махинации.
К вечеру Игорь удалил группу. Но было поздно.
Прошло еще несколько дней. Я сидел в офисе, когда в дверях появился Игорь. Выглядел он неважно: помятый, глаза бегают. От былой уверенности не осталось и следа.
— Димон, разговор есть, — пробормотал он, не глядя мне в глаза.
— Слушаю, — я даже не оторвался от монитора. — Надеюсь, ты принес мне компенсацию за моральный ущерб?
— Да ладно тебе, не заводись, — он попытался изобразить свою фирменную улыбку, но получилось жалко. — Переборщил я немного с тем чатом, признаю. Творческий порыв, понимаешь? Нервы сдали из-за организации.
— Что тебе нужно, Игорь?
— Слушай, тут такое дело… — он замялся. — Костя и Виталий со мной не разговаривают. Трубки не берут. Даже на обед со мной никто не идет. А у Кости завтра юбилей в ресторане, и он меня… не позвал. Представляешь? Мы же столько лет вместе!
— И что?
— Дим, ну ты же для них авторитет. Напиши им, а? Скажи, что мы всё уладили, что это была шутка такая. Что ты мне всё отдал, и претензий нет. А я тебе… я тебе скидку сделаю на следующую покупку через моих поставщиков!
Я медленно повернулся к нему.
— Знаешь, Игорь, в чем твоя главная проблема? Ты думаешь, что дружба — это товар. Что можно сегодня плюнуть человеку в душу, а завтра предложить ему «скидку» и ждать, что всё вернется на круги своя.
— Да брось ты эти высокие материи! — отмахнулся он. — Все так живут. Просто я честный, я цены вслух называю, а другие за глаза считают.
— Нет, Игорь. Не все. Мы с ребятами решили, что вход в нашу компанию теперь тоже платный.
— Да? — он оживился. — И сколько?
— Для тебя — бесконечность. Мы больше не хотим иметь с тобой никаких дел. Ни платных, ни бесплатных.
Игорь застыл. В его глазах отразилось искреннее непонимание. Он действительно не понимал, почему его бизнес-план по монетизации друзей провалился.
— То есть… вы меня вычеркиваете? — переспросил он. — Из-за какого-то шашлыка?
— Из-за того, что ты вместо сердца носишь калькулятор, — ответил я. — Уходи, Игорь. Мне нужно работать.
Он ушел, громко хлопнув дверью. Напоследок я услышал его ворчание о том, что «нормальных людей в этом городе не осталось».
Через месяц мы праздновали день рождения Виталия. Стол ломился от еды, вино лилось рекой, и никто не спрашивал «взносы» на входе. Мы скинулись на отличный подарок — профессиональный набор инструментов, о котором Виталя давно мечтал.
В середине вечера кто-то спросил:
— А что там Игорь? Видел его кто-нибудь?
— Я видел, — отозвался Костя. — Он теперь в соцсетях продвигает какой-то курс «Как заработать на окружении». Первый урок, говорят, бесплатный, а за второй нужно привести троих друзей или заплатить пять тысяч.
Мы дружно рассмеялись. Человек не меняется. Он просто ищет новую аудиторию, которая еще не пробовала его «фирменный шашлык».
А как вы считаете, является ли фиксированная плата за вход на день рождения нормой в современном мире? Или это всё-таки окончательный и бесповоротный диагноз для дружбы?
