Виктория вытерла со стола крошки и довольно оглядела маленькую кухню. В тесной однокомнатной квартире каждый квадратный метр был на счету, но женщина умела создавать уют даже в скромных условиях. Яркие занавески, живые цветы на подоконнике, аккуратно расставленная посуда — все это делало съемное жилье похожим на настоящий дом.
— Вика, я дома! — раздался голос из прихожей.
— На кухне! — отозвалась двадцатишестилетняя женщина, наливая чай в две чашки.
В кухню вошел Алексей — высокий симпатичный мужчина двадцати восьми лет с мягким характером и добрыми глазами. Работал менеджером в небольшой компании, получал скромно, но на жизнь хватало.
— Как дела? — спросил муж, целуя жену в щеку.
— Нормально. Убиралась весь день, хотела к твоему приходу порядок навести.
— Спасибо, солнышко. Ты всегда так стараешься.
Виктория улыбнулась. Алексей умел ценить ее труд, и это радовало. Женщина работала продавцом в магазине одежды, получала немного, но вместе с мужем они справлялись с расходами.
Единственной ложкой дегтя в семейной идиллии была свекровь. Марина Сергеевна, пятидесятидвухлетняя женщина с волевым характером и острым языком, не упускала случая поучить невестку.
— Виктория, дорогая, — говорила свекровь во время очередного визита, — в каких ужасных условиях мой сын живет. Однушка на окраине, старая мебель…
— Марина Сергеевна, мы только начинаем жизнь, — оправдывалась невестка. — Накопим денег, купим что-то получше.
— Накопите? — презрительно фыркала свекровь. — На твою зарплату продавщицы? Алешенька заслуживает большего.
— А сам Алексей разве не должен обеспечивать семью? — робко возражала Виктория.
— Мужчина работает, приносит деньги в дом. А женщина должна создавать комфорт, — поучала Марина Сергеевна. — Ты же не справляешься с ролью жены.
Такие разговоры повторялись регулярно. Виктория чувствовала себя виноватой, хотя понимала несправедливость претензий. У Алексея тоже не было собственной квартиры, тоже была скромная работа. Но в глазах матери сын оставался идеальным, а все проблемы перекладывались на невестку.
Особенно больно было то, что муж не защищал жену от нападок матери. Наедине Алексей успокаивал супругу, говорил добрые слова. Но при свекрови предпочитал молчать.
— Почему ты не заступаешься за меня? — плакала Виктория по вечерам.
— Зачем создавать лишние конфликты? — отвечал муж. — Мама скоро успокоится.
Но Марина Сергеевна не успокаивалась. Напротив, чувствуя безнаказанность, свекровь становилась все более агрессивной в претензиях.
Жизнь кардинально изменилась через полтора года после свадьбы. Неожиданно умерла тётя Виктории, оставив племяннице в наследство двухкомнатную квартиру в хорошем районе.
— Не могу поверить! — восклицала Виктория, рассматривая документы на жилье. — Целых пятьдесят квадратных метров!
Квартира оказалась светлой и просторной. Большая гостиная с огромными окнами, отдельная спальня, просторная кухня. После тесной однушки это казалось дворцом.
— Вика, ты заслужила это счастье, — обнимал жену Алексей. — Теперь у нас будет настоящий дом.
Молодые супруги с радостью переехали в новое жилье. Виктория с упоением обустраивала квартиру, покупала мебель, выбирала шторы. Впервые в жизни женщина чувствовала себя полноценной хозяйкой.
Марина Сергеевна не заставила себя долго ждать. Уже через неделю свекровь появилась на пороге с тортом и цветами.
— Алешенька, какая роскошь! — восхищалась мать, обходя квартиру. — Наконец-то мой сын живет достойно!
— Мама, это Викина квартира, — мягко напомнил Алексей. — Ей от тётки досталась.
— Конечно, конечно, — кивала Марина Сергеевна. — Но теперь вы семья, значит, жилье общее.
Виктория почувствовала неприятный холодок. Что-то в тоне свекрови настораживало.
За обедом свекровь перешла к главной теме:
— Виктория, дорогая, тебе нужно срочно переоформить квартиру на двоих. Половину на Алешу.
— Зачем? — удивилась невестка. — Это моё наследство.
— Но Алёша твой муж! — возмутилась свекровь. — Мужчина должен быть собственником в доме!
— Марина Сергеевна, квартира досталась мне по завещанию. Это моя личная собственность.
— Личная? — вскипела свекровь. — У замужней женщины не может быть ничего личного! Всё должно принадлежать семье!
— Но по закону…
— Закон — одно, а семейная справедливость — другое! — перебила свекровь.
Виктория решительно покачала головой:
— Я не собираюсь никому отдавать долю в квартире. Это моё.
Лицо Марины Сергеевны исказилось от злости:
— Вот видишь, Алёша! Жена тебя не уважает! Считает собственность важнее мужа!
К ужасу Виктории, Алексей кивнул:
— Мама права. Я тоже хочу быть собственником.
— Хорошо, — после паузы сказала Вика. — Я могу тебя прописать. Но долю не отдам.
— Прописать? — фыркнула Марина Сергеевна. — Как квартиранта какого-то?
Алексей обиженно поджал губы:
— Вика, ты меня унижаешь.
— Не унижаю, а защищаю своё право, — твёрдо ответила жена.
После этого разговора атмосфера в семье изменилась. Алексей стал холодным и молчаливым, явно обижался на жену. Марина Сергеевна больше не приходила в гости.
Виктория мучилась, сомневалась в правильности решения. Но отдавать половину квартиры не хотела. Жилье было единственной гарантией стабильности.
Через две недели свекровь объявилась снова. На этот раз Марина Сергеевна была подчёркнуто доброжелательной.
— Викусичка, как дела? — ласково спросила свекровь, устраиваясь на диване.
— Нормально, — настороженно ответила невестка.
— А я вот чай привезла, индийский. Говорят, очень вкусный.
Женщины сели на кухне, попивая ароматный напиток. Марина Сергеевна рассказывала новости, интересовалась работой, была необычайно мила.
— Кстати, — как бы между прочим упомянула свекровь, — у меня скоро день рождения.
— Поздравляю заранее, — вежливо отозвалась Виктория. — Где собираетесь отмечать?
— А вот об этом и хотела поговорить, — оживилась Марина Сергеевна.
У невестки внутри что-то ёкнуло. Такой тон не предвещал ничего хорошего.
— Твоя квартира просторная, поэтому день рождения будет здесь, без вариантов! — поставила меня перед фактом свекровь.
Виктория поперхнулась чаем:
— Что значит здесь?
— Ну что непонятного? — удивилась свекровь. — Соберутся гости, отметим как следует. Зачем тратиться на рестораны, когда есть такая замечательная квартира?
— Марина Сергеевна, а вы со мной посоветовались?
— Зачем советоваться? — пожала плечами свекровь. — Ты же невестка, обязана помогать семье.
— Сколько человек планируется? — слабым голосом спросила Виктория.
— Человек пятнадцать-двадцать. Родственники, коллеги, соседи. Ты понимаешь, нужно отметить достойно.
Виктория представила толпу незнакомых людей в своей квартире и содрогнулась.
— А кто будет готовить? Убираться после праздника?
— Ты, конечно, — как само собой разумеющееся ответила Марина Сергеевна. — Хозяйка дома должна заботиться о гостях.
— И продукты тоже я покупаю?
— Естественно! Ты же хорошая невестка, — лучезарно улыбнулась свекровь. — К тому же, если не хочешь отдавать мужу долю в квартире, хотя бы так можешь семье помочь.
Виктория почувствовала, как внутри закипает возмущение. Значит, это месть за отказ делиться собственностью!
— А если я против? — тихо спросила невестка.
— С чего бы тебе быть против семейного праздника? — изумилась свекровь.
— Не хочу, чтобы в моей квартире собиралась толпа незнакомых людей.
Лицо Марины Сергеевны потемнело:
— Незнакомых? Это моя семья и друзья!
— Для меня они чужие, — упрямо повторила Виктория.
— Да как ты смеешь! — взвилась свекровь. — После всего, что мы для тебя сделали!
— Что именно вы сделали?
— Приняли в семью! Алёшу тебе в мужья дали! А ты неблагодарная…
Виктория вспомнила прошлые семейные встречи, где родственники мужа не упускали случая её унизить. Теперь предлагалось устроить такое представление в её собственном доме.
— Марина Сергеевна, я против проведения праздника в моей квартире, — твёрдо сказала невестка.
— Что? — не поверила своим ушам свекровь.
— Не хочу терпеть насмешки и унижения у себя дома.
— Какие унижения? Мы же семья!
— Семья, которая меня не уважает и не ценит.
Марина Сергеевна вскочила с места:
— Да ты совсем обнаглела! Из-за этой квартиры полностью отбилась от рук!
В этот момент с работы пришёл Алексей. Услышав крики, муж поспешил на кухню.
— Что случилось? — встревоженно спросил мужчина.
— Твоя жена отказывается праздновать мой день рождения! — пожаловалась мать.
— Как отказывается? — не понял Алексей.
— Не хочет в своей квартире гостей принимать! Говорит, чужие люди!
Алексей посмотрел на жену:
— Вика, мама же семья. Нельзя так.
— Почему нельзя? — вскипела Виктория. — Это моя квартира, моё решение!
— Настоящие любящие жёны всегда идут навстречу семье мужа, — назидательно произнесла Марина Сергеевна. — И отписывают половину имущества супругу, — добавила свекровь, многозначительно глядя на невестку.
— Ты согласен, сынок? — обратилась мать к Алексею.
Муж помолчал, а потом медленно кивнул:
— Мама права, Вика. Семья должна быть на первом месте.
Для Виктории этот кивок стал последней каплей. Женщина поняла: в глазах мужа мнение матери важнее чувств жены.
— Если я такая плохая жена, — холодно сказала Виктория, — то пусть Алексей уходит и ищет себе идеальную супругу.
— Что ты говоришь? — опешил муж.
— То, что думаю. Ищи женщину, которая отдаст тебе половину своего имущества и будет прислуживать твоей матери.
— Вика, не горячись, — попытался урезонить жену Алексей. — Давай спокойно поговорим.
— Говорить не о чем, — отрезала Виктория. — Ты сделал выбор в пользу мамы. Теперь живи с этим выбором.
Женщина подошла к двери и распахнула её:
— Убирайтесь из моей квартиры. Оба.
— Ты с ума сошла! — закричала Марина Сергеевна. — Алёша, ты позволишь жене так с нами обращаться?
Муж растерянно смотрел на супругу:
— Вика, одумайся. Это же семья…
— Это не моя семья. Моя семья меня любит и уважает.
— Но я же люблю тебя! — воскликнул Алексей.
— Любишь? Тогда скажи матери, что праздновать будете в другом месте.
Мужчина мучительно молчал, переводя взгляд с жены на мать.
— Вот видишь, — грустно улыбнулась Виктория. — Не можешь выбрать между женой и мамой.
— Он и не должен выбирать! — вмешалась Марина Сергеевна. — Мать святое!
— А жена расходный материал, — кивнула Виктория. — Понятно.
— Если тебя не устраивает наша семья, то и мы не нуждаемся в такой невестке! — процедила свекровь.
— Отлично. Тогда до свидания.
Алексей попытался подойти к жене:
— Вика, подожди. Давай всё обсудим.
— Обсуждать нечего, — покачала головой женщина. — Твоё молчание красноречивее любых слов.
— Но куда я пойду?
— К маме. У вас же такие тёплые отношения.
Марина Сергеевна схватила сына за руку:
— Алёшенька, пойдём. Нам здесь не рады.
— Давайте, валите! Не хочу видеть людей, которые меня не уважают, — подтвердила Виктория.
Мать и сын направились к выходу. В дверях Алексей обернулся:
— Остынешь, поговорим.
Дверь захлопнулась, оставив Викторию одну в просторной квартире.
Впервые за долгое время в доме не звучали упрёки и претензии. Никто не требовал отдать имущество, никто не навязывал свою волю.
Виктория подошла к окну и посмотрела на улицу. Где-то там муж рассказывает матери, какая плохая у него жена. А может, свекровь уже планируют, как заставить строптивую невестку подчиниться.
Но Виктория больше не собиралась подчиняться. Квартира останется её собственностью, жизнь будет протекать по её правилам.
Конечно, развод — болезненное решение. Но лучше жить одной, чем в постоянном напряжении и унижении.
В квартире была тишина — не гнетущая, а умиротворяющая. Виктория впервые почувствовала себя настоящей хозяйкой своего дома и своей судьбы.
Завтра начнётся новая жизнь. Трудная, но честная. Без компромиссов с совестью и достоинством.
Телефон зазвонил — звонил Алексей. Виктория посмотрела на экран и отклонила вызов. Говорить было не о чем. Решение принято и не подлежит пересмотру.
Через два часа раздался звонок в дверь. На мониторе домофона Виктория увидела Марину Сергеевну.
— Виктория, открой! — кричала свекровь. — Ну что ты как маленькая!
Женщина выключила домофон и закрыла шторы. Пусть кричит. Это больше не её проблема.
К полуночи наступил долгожданный покой. Виктория легла в постель, чувствуя странное облегчение. Впервые за годы брака никто не мог заставить её делать то, чего она не хочет.
Квартира была её крепостью. И никто больше не смеет нарушить её границы.
