Ольга провела ладонью по идеально выглаженной рубашке и повесила её в шкаф. Белоснежная ткань, отутюженные стрелки на рукавах, перламутровые пуговицы — всё было безупречно. Она знала это. Но она также знала, что вечером Игорь найдёт какой-нибудь незаметный изъян и покачает головой с тем особенным выражением разочарования на лице.
Так продолжалось уже четыре года. Четыре года назад она уволилась с должности маркетолога в крупном рекламном агентстве. Тогда это казалось правильным решением. Игорь настаивал: «Зачем нам двоим работать? Я зарабатываю достаточно. Займись домом, собой. Разве это не мечта каждой женщины?»
Мечта. Ольга горько усмехнулась, складывая постиранное бельё. Мечта превратилась в бесконечную череду придирок и замечаний.
— Ты опять не крахмалила? — спрашивал Игорь утром, натягивая пиджак. — Воротник должен стоять, а не висеть тряпкой.
— Стейки пересушены. Я же просил средней прожарки, а это уже котлета какая-то. Неужели так сложно запомнить?
— Посмотри на мои ботинки. Видишь разводы? Ты когда чистишь их, нужно сначала щёткой пройтись, потом кремом, а потом снова щёткой. Сколько раз объяснять?
Каждое утро, каждый вечер. Её будто экзаменовали по предмету, в котором она всегда проваливалась. Ольга перестала спорить примерно полгода назад. Просто кивала, извинялась и исправляла. Снова и снова.
Она уже забыла ту уверенную девушку, которая когда-то проводила презентации перед залом в сотню человек, разрабатывала маркетинговые стратегии, придумывала креативные кампании. Теперь самым важным в её жизни было правильно почистить ботинки и не пересушить стейк.
Телефон завибрировал на кухонном столе. Ольга взглянула на экран — звонила Лена, её бывшая коллега и лучшая подруга.
— Оль, привет! Как ты? — голос Лены звучал возбуждённо. — Слушай, у меня новости!
— Привет, Ленка, — Ольга улыбнулась. Общение с Леной всегда поднимало настроение. — Рассказывай, что случилось?
— Я запустила свой бизнес! Онлайн-магазин цветов и подарков. Представляешь, давняя мечта сбылась! Уже два месяца работаю, и дела идут лучше, чем я ожидала.
— Ленка, это же здорово! Поздравляю! — Ольга искренне радовалась за подругу.
— Спасибо. Но знаешь, мне нужна помощь. Мне нужен маркетолог. Нужен человек, который поможет с продвижением, с социальными сетями, с рекламными кампаниями. И я сразу подумала о тебе.
Сердце Ольги забилось чаще.
— Лена, я… я уже четыре года не работаю. Я всё забыла. Там столько нового появилось…
— Чушь собачья! — категорично заявила Лена. — Ты была лучшим маркетологом, которого я знаю. Да, появились новые инструменты, но основы остались теми же. Ты быстро вспомнишь. Оль, пожалуйста, подумай. Я правда хочу работать именно с тобой. Зарплата небольшая поначалу, но честная. И будет расти вместе с бизнесом.
Ольга молчала, чувствуя, как внутри разгорается что-то давно забытое. Волнение. Предвкушение. Интерес.
— Я… я поговорю с Игорем, — наконец выдавила она.
— Отлично! Жду твоего звонка. И Оль? Ты талантливая. Не забывай об этом.
Когда Лена повесила трубку, Ольга ещё долго сидела на кухне, прижимая телефон к груди. Работа. Её собственная работа. Возможность снова заниматься тем, что она любила. Возможность быть не просто женой и домохозяйкой, а профессионалом.
Вечером, когда Игорь вернулся домой, Ольга накрыла на стол. Мясное рагу с овощами, салат, свежий хлеб. Она специально постаралась, чтобы всё было идеально.
Игорь молча сел за стол, попробовал рагу.
— Соли маловато, — констатировал он.
Ольга сглотнула раздражение.
— Игорь, мне сегодня звонила Лена. Помнишь мою подругу?
— М-м.
— Она открыла свой бизнес. Онлайн-магазин цветов и подарков. И она предложила мне работу. Маркетологом.
Игорь оторвался от тарелки и посмотрел на неё. На его лице отразилось удивление, а затем что-то похожее на снисходительную усмешку.
— Работу? — переспросил он. — Серьёзно?
— Да. Я думала, может быть…
— Оля, — он положил вилку и откинулся на спинку стула, — ты по дому-то не очень справляешься, куда тебе на работу?
Слова ударили, как пощёчина. Ольга почувствовала, как горячая волна поднимается от живота к груди, к горлу. Обида. Злость. Стыд.
— Я справляюсь, — тихо сказала она.
— Ты считаешь? Стейки вечно жареные не так, рубашки мятые, в доме постоянно бардак. Ты хочешь, чтобы я вспомнил случай с моими итальянскими кроссовками? Ты их так «почистила», что пришлось выбросить. Пятнадцать тысяч на ветер.
— Это было два года назад…
— И что? Ты думаешь, за два года ты стала лучше? — Игорь покачал головой. — Оль, я говорю это для твоего же блага. Зачем тебе позориться? Ты отстала от индустрии. Четыре года — это огромный срок. Пока ты гладила рубашки, маркетинг изменился до неузнаваемости. Ты будешь выглядеть глупо.
— Я могу научиться…
— Послушай, — голос Игоря стал мягче, почти ласковым, — я зарабатываю хорошо. Тебе не нужно работать. Лучше сосредоточься на том, чтобы наладить быт. Научись готовить как следует, держать дом в порядке. Вот это будет реальное достижение.
Ольга молча встала и начала убирать со стола. Руки дрожали. Она не хотела, чтобы Игорь видел слёзы, которые предательски выступили на глазах.
Той ночью она не могла уснуть. Лежала, глядя в потолок, и прокручивала в голове их разговор. «Ты по дому-то не очень справляешься, куда тебе на работу?» Эти слова засели занозой в сердце.
Но вместе со обидой внутри росло и что-то другое. Упрямство. Решимость. Злость — не только на Игоря, но и на себя. На то, что она позволила ему так с собой разговаривать. На то, что она действительно поверила, будто она ни на что не способна, кроме как неправильно жарить стейки и плохо гладить рубашки.
Утром, когда Игорь ушёл на работу, Ольга набрала номер Лены.
— Я согласна, — сказала она без предисловий.
— Правда?! — в голосе Лены слышалась неподдельная радость. — Оль, это потрясающе! Когда можешь начать?
— Хоть сегодня.
Первые недели были тяжёлыми. Ольга действительно многое забыла, а ещё больше появилось нового. Она часами сидела, изучая новые соцсети, инструменты аналитики, рекламные платформы. Смотрела вебинары, читала статьи, проходила платные и бесплатные курсы.
Лена дала ей полную свободу действий, и Ольга чувствовала себя одновременно воодушевлённой и испуганной этой ответственностью. Она разработала стратегию продвижения, создала контент-план, запустила первые рекламные кампании.
И она делала всё это тайком от Игоря. Работала, пока он был в офисе. Успевала делать всё по дому к его возвращению — готовила ужин, убиралась, гладила эти проклятые рубашки. Она просыпалась в шесть утра и ложилась после полуночи, но странное дело — она не чувствовала усталости. Наоборот, внутри горел огонь, который она считала давно погасшим.
Через месяц Лена позвонила ей, едва сдерживая восторг:
— Оль, ты волшебница! Продажи выросли! Подписчиков в Инстаграме стало в три раза больше! Твоя идея с «цветком недели» просто бомба!
Ольга улыбалась, глядя в экран ноутбука, где отображалась статистика. Графики шли вверх. Её кампании работали. Она не разучилась. Более того — она стала лучше.
— Я повышаю тебе зарплату, — объявила Лена. — С этого месяца будешь получать в полтора раза больше. Заслужила.
Игорь по-прежнему ничего не знал. Ольга не рассказывала ему о работе. Зачем? Чтобы снова услышать, что она ни на что не способна? Что ей не справиться?
Она перестала обращать внимание на его замечания. Когда он говорил, что курица суховата, она просто кивала. Когда он находил складку на рубашке, она извинялась. Но внутри она знала — она стоит намного больше, чем идеально выглаженные рубашки.
Через три месяца к Лене обратился владелец крупной цветочной сети. Он видел, как изменился онлайн-магазин Лены, и хотел узнать, кто занимается маркетингом.
— Он предложил тебе взять ещё один проект, — сказала Лена, встречаясь с Ольгой в кафе. — Большой бюджет. Серьёзные деньги. Что скажешь?
Ольга задумалась. Один проект она ещё могла скрывать от Игоря. Но два? Это потребует больше времени, больше вовлечённости.
— Я подумаю, — ответила она.
Но думать пришлось недолго. Вечером Игорь устроил скандал из-за того, что носки в его ящике лежали «не в том порядке». Ольга смотрела на него — на его красное от возмущения лицо, на его указующий перст — и вдруг поняла, что больше не боится. Не боится его недовольства, его критики, его обесценивания.
— Я возьму проект, — написала она Лене той же ночью.
Работы стало больше, но и доход вырос. Ольга вела уже четыре проекта к началу зимы. Её портфолио пополнялось кейсами, её имя начинало звучать в профессиональных кругах. К ней обращались за советом, просили рекомендаций, предлагали новые проекты.
Она нанимала фрилансеров для рутинных задач, выстраивала процессы, общалась с клиентами. Она снова была профессионалом. Она снова была собой.
Игорь ничего не замечал. Или делал вид, что не замечает. Ольга догадывалась, что он видит её сосредоточенной над ноутбуком, но списывал это на просмотр сериалов или переписку с подругами. Ему и в голову не могло прийти, что его жена, которая «не справляется даже с домашними делами», успешно ведёт четыре бизнес-проекта и зарабатывает почти столько же, сколько он.
Переломный момент наступил в декабре. Игорь пришёл домой раньше обычного и застал Ольгу за созвоном с клиентом. Она сидела в гостиной с ноутбуком на коленях, обсуждая рекламную кампанию к Новому году.
— …Да, я предлагаю усилить таргетинг на сегмент от тридцати пяти до сорока пяти лет, они наиболее активны в предпраздничный период, — говорила Ольга. — Креатив готов, запускаем послезавтра.
Она подняла глаза и увидела Игоря в дверях. Он смотрел на неё с недоумением.
Ольга попрощалась с клиентом и закрыла ноутбук.
— Что это было? — спросил Игорь.
— Работа, — спокойно ответила Ольга.
— Какая работа? Ты что, всё-таки пошла к этой своей Лене?
— Не просто пошла. Я работаю у неё уже полгода. И не только у неё. У меня сейчас четыре постоянных клиента и ещё три проекта на подходе.
Игорь смотрел на неё так, словно она говорила на непонятном языке.
— Но… как? Когда?
— Пока ты был на работе. Пока ты спал. Я находила время.
— И сколько… сколько ты зарабатываешь? — голос Игоря дрожал от какой-то странной эмоции — то ли любопытства, то ли раздражения.
Ольга назвала сумму. Игорь побледнел.
— Это почти как я…
— Да. Почти как ты.
Повисла тишина. Игорь опустился в кресло, всё ещё не веря услышанному.
— Почему ты не сказала мне?
Ольга засмеялась — коротко и горько.
— Серьёзно? Ты спрашиваешь, почему я не сказала? Ты же сам ответил на этот вопрос полгода назад. «Ты по дому-то не очень справляешься, куда тебе на работу?» Помнишь эти слова?
Игорь отвёл взгляд.
— Я хотел уберечь тебя от разочарования…
— Нет, — твёрдо сказала Ольга. — Ты хотел убедить меня, что я ни на что не способна. Ты хотел, чтобы я зависела от тебя. Чтобы я чувствовала себя неудачницей, которой повезло, что ты вообще держишь меня рядом.
— Это не так…
— Это именно так, — Ольга встала. — Четыре года, Игорь. Четыре года ты придирался к каждой мелочи. К глажке, к каждому ужину, к каждой пылинке. Знаешь, что я поняла за эти полгода? Дело было не в рубашках и не в стейках. Ты просто не мог смириться с тем, что я могу быть успешной. Что я могу быть кем-то кроме твоей жены-домохозяйки.
— Оля…
— Я сегодня получила предложение войти в новый проект, — продолжала она, не давая ему вставить слово. — Крупная диджитал-студия хочет открыть направление по маркетингу для малого бизнеса. Они предлагают мне стать партнёром и возглавить это направление. Зарплата в три раза больше, чем сейчас. Плюс процент от прибыли.
Игорь молчал.
— Я приняла предложение. И знаешь, что ещё я приняла? Решение уйти от тебя.
— Что? — Игорь вскочил с кресла. — Оля, не говори глупости. Ну поссорились, это ещё не повод…
— Это не повод, — согласилась Ольга. — Повод — это четыре года унижений. Четыре года, когда ты обесценивал всё, что я делаю. Когда ты убеждал меня, что я неудачница. Знаешь, самое страшное? Я почти поверила. Почти согласилась с тем, что я действительно ни на что не способна.
Она подошла к окну, глядя на зимний вечер за стеклом.
— Но эти полгода показали мне правду. Я способна. Я талантлива. Я профессионал. И мне не нужен рядом человек, который будет постоянно напоминать мне об обратном.
— Оля, давай поговорим спокойно, — голос Игоря стал умоляющим. — Я не хотел тебя обидеть. Я просто… я просто привык всё контролировать. Это можно исправить. Я изменюсь.
— Может быть, ты и изменишься, — Ольга повернулась к нему. — Но не для меня. Я уже присмотрела квартиру. Начну перевозить вещи со следующей недели. Развод оформим по-хорошему, я не претендую на твои деньги. У меня есть свои.
— Ты не можешь просто так уйти! Мы женаты! У нас…
— У нас ничего нет, — перебила его Ольга. — У нас нет доверия. У нас нет уважения. По крайней мере, с твоей стороны. У нас есть только привычка жить вместе. И ты знаешь что? Это худшая причина оставаться в браке.
Игорь опустился обратно в кресло, закрыв лицо руками. Ольга смотрела на него и не чувствовала ни жалости, ни злости. Только пустоту на месте, где раньше были чувства.
— Я думала, ты меня любишь, — тихо сказала она. — Но люди не унижают тех, кого любят. Люди не обесценивают достижения тех, кто им дорог. Ты любил идею обо мне — послушной жене, которая будет сидеть дома и восхищаться тобой. Но я больше не эта женщина. И знаешь что? Я никогда ею и не была.
Она взяла ноутбук и направилась к двери.
На пороге Ольга обернулась в последний раз.
— Спасибо, Игорь, — сказала она.
— За что? — изумлённо спросил он.
— За то, что показал мне, кем я не хочу быть. За то, что своими придирками заставил меня вспомнить, кто я на самом деле. За то, что бросил тогда фразу, которая изменила мою жизнь. Правда, не так, как ты планировал.
Она вышла, закрыв за собой дверь. Холодный зимний воздух обжёг лицо, но Ольга улыбалась. Впереди была новая жизнь. Впереди была работа, которую она любила. Впереди была она сама — настоящая, талантливая, свободная.
Телефон завибрировал — сообщение от Лены: «Оль, я так горжусь тобой. Приезжай, я открыла шампанское. Будем праздновать твою свободу».
Ольга набрала ответ: «Еду. И знаешь что? Я тоже собой горжусь. Наконец-то».
Она села в такси и откинулась на спинку сиденья, глядя, как мелькают за окном огни вечернего города. Четыре года она жила в клетке, которую сама себе построила. Четыре года позволяла кому-то другому определять её ценность.
Хватит.
Это слово звучало в её голове, как набат. Хватит извиняться за то, кто она есть. Хватит быть меньше, чем она может быть. Хватит верить тем, кто говорит, что она не справится.
Она справилась. Она справляется. И она будет справляться — потому что, наконец, поверила в себя.
А это, как оказалось, было самым важным.
