Громкая трель дверного звонка разбудила нас в семь утра.
— Привет, Димка! — в прихожей послышался голос Геннадия, мужа золовки. — Спите, что ли, ещё? Хватит дрыхнуть, поднимайтесь! Солнце уже высоко.
Гость басил и хохотал на всю квартиру, несмотря на раннее субботнее утро и на тот факт, что вся наша семья, включая маленьких детей, ещё не просыпалась.
— Ну что вы с сестрой за люди! Наглость — ваше второе я, — недовольно проворчал мой муж. — Умеете появляться в самый неподходящий момент! Чего на этот раз нужно? Что за спешка?
— А вам лишь бы поспать! Лентяи вы и детей тому же учите, — не к месту опять засмеялся муж золовки. — Дело у меня к тебе, Димка. Моя ещё с вечера все уши мне прожужжала. Прямо поспать нормально не дала — вот жена мне досталась! Говорит, поезжай к братану и без денег не возвращайся.
— Подожди, какие ещё деньги? Я Юльке ничего не должен, — удивился Дмитрий.
«Так, так! Это что ещё? — возмутилась я, слушая этот странный диалог. — Что опять придумала моя ушлая золовка?»
Мне пришлось подняться, чтобы получше услушать, о чём говорили муж с незваным гостем.
— Ты уверен в этом? Ну в том, что не должен? — с улыбкой спросил Геннадий. — Да, ладно, не напрягайся, шучу! Просто поможешь нам по-родственному.
— Что вы с Юлькой опять придумали? Мне кажется, вы только что кредит закрыли, — удивился Дмитрий.
— Ой, ну что ты баб не знаешь? Взбрендило ей вдруг машину поменять. Не могу, говорит, на своей развалюхе больше ездить.
— Да? Сестра в своём амплуа. Желания, не соизмеримые с доходами.
— Нет, ну она в чём-то права. Машина её давно уже разваливается. Пора её менять, а она ещё как-то умудряется детей возить.
— А почему к нам пришёл? Кредит возьмите, как все, — посоветовал Дмитрий, наливая кофе себе и Геннадию.
— Так в этом вся проблема. Не дают нам ещё один кредит, банк отказал. Вот Юля и решила попросить тебя взять кредит для неё. А платить мы сами будем, здесь всё окей, ты не переживай.
Тут я не выдержала, влетела на кухню как вихрь. Внутри у меня всё клокотало, негодованию не было предела. Да сколько можно-то? Сколько это будет продолжаться?
Родители Дмитрия, его сестра с супругом, двоюродные братья и сёстры, другие родственники — все пользовались добротой моего мужа без зазрения совести. Все они занимали у него деньги и совсем не спешили их отдавать. А кроме того, родня постоянно звала Дмитрия на помощь в любых проблемах, не думая о том, что в это время в нём нуждается его семья.
— Нет, никакого кредита мой муж для вас брать больше не будет! Ишь, повадились нас использовать в своих целях! Не стыдно? — закричала я, не сдерживаясь.
— О, нарисовалась! А кричать-то зачем? Не с той ноги, что ль, встала? Здравствуй, Аня. Здороваться надо с гостями, — цинично отреагировал Геннадий на моё появление.
— А я тебя в гости не приглашала, чтобы с тобой здороваться, — грубо ответила я. — И повторю ещё раз — хватит клянчить у нас деньги!
— Ой, какая ты суровая! Прямо страшно. Только я не в долг прошу, Анечка, — не очень вежливо выдал муж золовки. — Может, ты чего-то не услышала там, за дверью, а?
— Знаем, проходили уже. И кредит для вас брали, который автоматически стал нашим. Или ты забыл уже, как Димка в прошлый раз тебя послушал и взял в банке деньги? Хотя я очень его отговаривала. И что в итоге? То Юлю на работе сократили, то тебе премию не выдали — причины находились всегда, а платил Дима! Он, конечно, пытался скрыть это от меня, надеясь, что в вас проснётся совесть и вы вернёте ему деньги. И почему ваша семья решает свои проблемы за наш счёт? — со злостью спросила я у неприятного гостя.
— Слушай, Ань, не вмешивалась бы ты в отношения брата и сестры. Так, совет тебе со стороны. Небось, сами разберутся, — нагловато улыбнулся Геннадий, глотнув кофе и заедая его печеньем.
— Да что ты говоришь! Какие отношения? Они закончились в тот день, когда Дмитрий сводил меня в ЗАГС. Задрали вы нас уже, наглые родственники! С каким-то маниакальным упорством всё время пытаетесь залезть в наш кошелёк.
Я видела, что муж был слегка удивлён тем, что происходит. Он молчал, но в душе был рад тому, что ему не придётся самому отказывать мужу сестры. Дима знал, что Геннадий был упёртым и целей своих добивался любой ценой.
— А ты, Димка, что замолчал? Успокой свою истеричную жену. Я пришёл спокойно поговорить, а она устроила невесть что. Сразу давай визжать и нас с Юлькой какими-то мошенниками выставила.
— А вы мошенники и есть. Наглецы, привыкшие жить за чужой счёт! — сегодня я решила высказать наглецу всё в лицо.
— Ген, моя жена права. У нас своих забот и проблем столько, что тебе и не снилось. Ты же видишь, ремонт начали делать, так о каком кредите для вас может идти речь?
— Ох ты, Господи! Лыко-мочало, начинай сначала. Вы не слышите меня? — не унимался Геннадий. — Мы сами будем платить! Сами!
Спокойный до того гость в этот момент тоже перешёл на крик.
— Так, всё! Больше не могу. Пусть Юлька сама со своей роднёй разбирается, а я умываю руки. Обзываются они ещё!
Подойдя к двери, он не выдержал и произнёс.
— Да, Димка, не думал я, что ты такой подкаблучник. Имей в виду, когда понадобится помощь, на меня можешь не рассчитывать.
— Иди, иди! Помощник — смешно даже! Так в наш кошелёк и смотришь. Нечем тебе помогать, вот ты и не будешь. Дураков в зеркале ищите! — крикнула я вдогонку.
Громко хлопнув дверью, зять ушёл.
— А ты молодец, Анюта! Я не знал, как отболтаться от этой пиявки, присосались с сестрой, не отлепишь, — мой муж выглядел слегка растерянным.
— Замолчи ты, противно слушать, так и блеял бы перед ним. Слабак! Используют тебя все, кому не лень. А ты отказать не можешь. Смешно — мужик тоже мне называется, глава семейства! — меня уже несло вовсю. — Всё спонсировал своей родне — и свадьбы, и юбилеи, и покупки авто. Всех облагодетельствовал!
— Ань, ну не преувеличивай! Давал я взаймы иногда, да и то не всем, — пытался спорить Дмитрий.
Не прошло и десяти минут, как мужу позвонила сестра.
— Ты совсем сбрендил? Что за концерт вы с женой устроили? Когда, скажи мне, мы брали у вас в долг и не отдали, а? Не стыдно обвинять родных!
Юля использовала свою любимую тактику — нападение. И плевать ей на то, что правды в её словах — ноль.
— Попросили вас по-человечески, как своих людей. Сказали же — платить сами будем. Нет, надо спектакль устроить! — кричала в трубку сестра.
Я выхватила у мужа телефон, видя его расстроенную физиономию.
— Здравствуй, Юленька. Не кричи так, ливер простудишь. И скандалить, не нужно — просто уясни, что Дмитрий больше вам ни рубля не даст.
— Грубиянка! Это ты так решила, да? Только он мне родной брат, если ты забыла. И поможет, когда я попрошу!
— Нет, всё, забудь! Не поможет. А тебе я могу дать совет — денег попроси у своей матери. Пусть раскошелится хоть разок моя свекровь.
— Без тебя разберёмся! Лезет ещё с советами. Дай мне Димку!
— Не хочет он с тобой разговаривать, — я резко прервала связь.
Но это было ещё не всё. Конечно же, следующей в борьбу вступила моя свекровушка Марина Кирилловна.
Та была хитрее своей дочери. Она позвонила лишь к вечеру и с сыном разговаривать не стала, уже зная от Юли и Гены, что я запретила Дмитрию брать для них кредит.
— Здравствуй, Аня, как у вас дела? Как детки? Сами? — начала она слащаво-приторным голосом.
— Всё хорошо. Вы как? По делу звоните или просто так? — таким же елейным голоском ответила я.
— Ой, ты, наверное, догадываешься, что по делу. Нам с отцом даже плохо стало от того, что произошло между вами.
— Да? А почему же вы так расстроились? — продолжала я в том же слащавом тоне.
— Аня, вы свои, родня, от этого никуда не деться. И должны, просто обязаны, я считаю, держаться друг за друга. И помогать тоже, — продолжала свекровь.
— Хорошие слова! Правильные, верные, даже не поспоришь! — я уже почувствовала азарт, решив сказать матери мужа пару ласковых. — А что же тогда ваша дочь вместе со своим супругом ни разу нам с Дмитрием не помогли?
— Аня…
— Что Аня? Ни разу! Ни когда мы квартиру покупали, ни когда машину в кредит брали. Они не помогли нам даже тогда, когда мы искали деньги на операцию сыну!
— Ну зачем ты так, Аня? Не было у них такой возможности. Разве они отказали бы вам, будь у них средства?
— А у них никогда нет возможности. Поэтому и к нам вечно с протянутой рукой идут.
— Брось, Аня, не стоит так реагировать. Зачем копить в себе плохую энергию? Лучше направь её на доброе дело. Разреши мужу взять для Юленьки кредит. Они будут платить — обещали!
— Вот и возьмите! Сами возьмите для них кредит! В чём проблема, я не пойму? — перебила я свекровь.
— Ты что, Аня? У нас с мужем принцип — никаких кредитов!
— Хорошо вам живётся с вашими принципами. А мы с мужем, значит, лохи беспринципные. Поэтому нас можно использовать всем кому не лень! Так, что ли?
— Как ты можешь, Аня? — заахала Марина Кирилловна.
— Могу, и ещё как! Я устала смотреть, как вся ваша родня пользуются добротой моего мужа.
— Так ты всё же отказываешь? Это окончательно?
— Нет! — вдруг с азартом произнесла я.
— Да ты что? Вот и правильно, Аня! — обрадовалась свекровь.
— Да, я решила, что могу дать денег взаймы Юле и её мужу, но на моих условиях.
— Ну, какие ещё условия? Что ты придумала? — недовольно спросила мать мужа.
— Нормальные. Я сама возьму кредит. И эти деньги отдам вашей дочери, но под другие проценты. Допустим, процентов на десять больше, чем в банке. А сам долг мы с ней оформим у нотариуса, где пропишем ежемесячные платежи с моими процентами. Так будет надёжней. Устроит такой расклад, пожалуйста. А нет, так забудьте и больше ни о каких кредитах не заговаривайте.
— Да ты что! — обиделась Марина Кирилловна. — На своих решила нажиться? Какой позор, это уму непостижимо!
— Какая нажива, Марина Кирилловна? Я лишь хотела помочь, пойти навстречу вашей дочери. Что не так? Зная вашу Юленьку и её мужа, деньги на других условиях мы им давать больше не станем. Всё, научены горьким опытом.
— Какой кошмар! — только и выдала мне свекровь.
— У вас всё, а то мне детей и мужа пора кормить, — спокойно уточнила я. — Да, и всей родне передайте — Дмитрий больше никому ничего не даст! Касса закрылась!
С той поры больше никто из родственников в долг у нас не просит. А двоюродный брат Дмитрия Олег даже отдал свой старый долг, который уже не первый год не мог вернуть. Видно, побоялся, что я и ему выставлю проценты. Знай наших!
