Она просыпалась сама, потому что маму не мог добудиться даже охранник. Во втором классе ходила в школу только с соседями, а дома бабушка ставила маме капельницы, привязывая системы к лыжам. История Полины Аксеновой — это не просто исповедь, а диагноз целому поколению.
Знаете, есть такая категория звездных детей, про которых говорят: «родились с золотой ложкой во рту». Красивая жизнь, тусовки, деньги, беззаботное детство. А потом оказывается, что за фасадом глянцевых обложек — кровавые стены, невыученные уроки и бесконечное ожидание: «мама сегодня проснется или опять?».
Полине Аксеновой, дочери телеведущей Даны Борисовой, сейчас 19. Она взрослая, самостоятельная, делает пластические операции (мама разрешила изменить губы и нос), живет своей жизнью. Но шрамы детства остаются навсегда. Особенно когда детство прошло в компании с наркотиками и алкоголем.
В интервью психиатру Василию Шурову Полина впервые так откровенно рассказала о том, что творилось за закрытыми дверями их квартиры. И история эта — не для слабонервных.
Когда мама — не опора, а проблема
Дана Борисова никогда не скрывала, что у нее были проблемы с запрещенными веществами. Она сама не раз рассказывала, как боролась с зависимостью, как проходила реабилитацию, как срывалась и снова вставала на путь исправления. Но для публики это всегда была красивая история борьбы и победы.
Для маленькой Полины это была реальность. Жестокая, страшная, без прикрас.
«Я бы не сказала, что были какие-то моменты просветления, — признается девушка. — Она либо пила, либо употребляла все мое детство».
Серьезные проблемы начались, когда Поле было шесть лет. Самый беззаботный возраст, когда мир должен крутиться вокруг игрушек, мультиков и маминых объятий. Вместо этого девочка училась выживать.
Школа, в которую не надо ходить
Когда Полина пошла в первый класс, обычные дети радовались портфелям и бантам. А будущая первоклассница гадала: сможет ли мама проводить ее до школы?
Ко второму-третьему классу ситуация стала критической. Посещаемость упала ниже плинтуса.
«У меня во 2-3 классе посещений было меньше половины, потому что я вообще в школу не ходила, — вспоминает Полина. — Только когда меня отвозили соседи. Я вставала утром, шла к соседям, они меня везли».
Представьте себе семилетнюю девочку, которая сама организует свою доставку в школу. Потому что мама не может. Потому что мама в отключке.
Охранник вместо будильника
В доме Борисовой был охранник. Казалось бы, безопасность, защита. Но в реальности этот человек выполнял функции няньки и будильника одновременно.
«У нас происходило так: ключи были у охранника, — рассказывает Полина. — Он приходил, открывал и будил маму. И то, если у него это получалось. По будильнику мама никогда не просыпалась».
Ребенок, который ждет, когда чужой дядя разбудит ее маму, чтобы она хотя бы формально существовала в ее жизни. Это не детство. Это выживание.
Лыжи для капельниц
В какой-то момент в их доме поселилась бабушка — мама Даны. Медик по образованию, она пыталась спасти дочь. И делала это максимально изобретательно.
Полина запомнила одну страшную картинку: «В младшей школе мне покупали лыжи. Бабушка брала их, привязывала к ним какие-то трубки, пузырьки и делала маме капельницы».
Лыжи, купленные для активного отдыха ребенка, превратились в медицинский инвентарь. Бабушка ставила капельницы, чтобы очистить организм дочери от отравы. А маленькая Поля смотрела на это и запоминала. На всю жизнь.
Подростковый ад
Когда Полина стала старше, проблемы не кончились — они просто сменили форму. В 13 лет девочка дошла до ручки. До такой степени, что пыталась покончить с собой.
«Маме я озвучивала проблему, но она тоже не знала, что делать, — рассказывает Полина. — Она говорила: «Я в какой-то момент уже привыкла, что у нас все стены окровавленные, что у нас уже все шторы кровавые, полотенца кровавые, все кровавое»».
Кровавые стены. Это не метафора. Это реальность подростка, который не справляется с внутренней болью и ищет выход в самоповреждении.
И главное — рядом нет взрослого, который мог бы помочь. Потому что взрослая сама еле держится на плаву.
Хочу в психушку
Самое страшное в этой истории — осознание самой Полины. Она понимала, что ей нужна помощь. И пыталась ее получить. Любыми способами.
«Сейчас я уже могу как-то сама о себе позаботиться, — говорит девушка. — А когда тебе 13 лет, тебе нужна помощь взрослого. И я вообще делала все, что угодно: сидела часами у школьного психолога, изображала, будто у меня аппендицит, потому что я хотела, чтобы меня отвезли в больницу и положили в психиатрическую клинику».
Ребенок, который симулирует аппендицит, лишь бы попасть в психушку. Потому что там, возможно, окажут помощь. Потому что дома этой помощи нет и не предвидится.
Яблоко от яблони
У этой грустной истории есть еще один поворот. Сейчас Полина уже совершеннолетняя. И, по информации из открытых источников, она тоже часто злоупотребляет алкоголем.
Да, та самая девочка, которая так страдала от маминых зависимостей, теперь сама на этом же пути.
Почему так происходит? Психологи говорят: дети зависимых родителей либо становятся абсолютными трезвенниками, ненавидящими любые формы опьянения, либо копируют родительскую модель поведения. Потому что другой модели они просто не видели.
Полина, судя по всему, попала во вторую категорию. И это, пожалуй, самая большая трагедия этой истории.
Что сейчас?
Дана Борисова не раз заявляла, что победила зависимость. Она прошла реабилитацию, давала интервью, строила новую жизнь. С дочерью у них вроде бы наладились отношения. Полина делает пластику, мама разрешает. На фото в соцсетях они выглядят счастливыми.
Но вопросы остаются. Можно ли вычеркнуть годы кошмара? Можно ли забыть, как в детстве ты ходил к соседям, чтобы они отвезли тебя в школу, потому что мама не проснулась? Можно ли простить кровавые стены и разбитые надежды?
Полина сейчас пытается жить своей жизнью. Имеет на это полное право. Но ее собственное пристрастие к алкоголю заставляет задуматься: а так ли уж все хорошо на самом деле?
Вместо послесловия
Я читала это интервью и ловила себя на мысли, что хочу обнять ту семилетнюю девочку, которая сама просыпалась и шла к соседям. Которая смотрела, как бабушка привязывает капельницы к лыжам. Которая мечтала попасть в психушку, потому что дома было страшнее.
История Полины Аксеновой — не просто очередная скандальная хроника из жизни звезд. Это диагноз. Диагноз обществу, где дети вынуждены выживать, пока родители «ищут себя» в зависимостях. Где близкие люди превращаются в обузу. Где семья перестает быть тылом и становится полем боя.
И самое грустное: эта история повторяется из поколения в поколение. Мама пила — дочь пьет. Бабушка ставила капельницы — внучка уже сама в группе риска.
Разорвать этот круг невероятно сложно. Но, может быть, хотя бы честный разговор о проблеме поможет кому-то остановиться вовремя?
Данный материал носит исключительно информационный и рекомендательный характер. Если вы или ваши близкие столкнулись с проблемой зависимости, пожалуйста, обратитесь за профессиональной помощью. В случае суицидальных мыслей или самоповреждающего поведения немедленно свяжитесь со специалистами. Помните: ваша жизнь и здоровье — в ваших руках.
