Ксения встретила Артёма на корпоративе три года назад. Он работал в соседнем отделе, они виделись в коридорах, кивали друг другу, но никогда толком не разговаривали. А тут случайно оказались за одним столом, разговорились. Артём оказался интересным собеседником — рассказывал смешные истории, внимательно слушал, не лез с глупыми вопросами.
Через неделю пригласил в кино. Потом на ужин. Потом стали встречаться регулярно. Ксении нравилось, что Артём надёжный. Если обещал позвонить — звонил. Если планировали встречу — приходил вовремя. Не заставлял ждать, не отменял планы в последний момент. Казался ответственным, взрослым человеком.
Через год поженились. Скромная свадьба в кафе на тридцать человек, простые кольца, короткий медовый месяц в Турции. Ксения была счастлива. Казалось, жизнь наконец устроилась.
Но уже в первый месяц после свадьбы начались странности. Артём постоянно куда-то переводил деньги. Тысяч пять, десять, иногда пятнадцать. Ксения поначалу не придавала значения — у каждого свои траты.
— Тёма, ты опять переводишь деньги? — спросила однажды, увидев, как муж сидит с телефоном и набирает сумму.
— А, да. Отцу на дачу. Там кровлю надо перекрывать, он попросил помочь.
Ксения кивнула. Нормально, родителям помогать — это правильно.
Через две недели снова.
— Маме на коммуналку скинул. У них там какие-то перерасчёты, сумма вышла большая.
Потом сестре Марине на курсы английского. Потом снова отцу — на запчасти для машины. Потом матери — на лекарства. Потом Марине — на новое пальто.
Ксения считала. За первые три месяца брака из их семейного бюджета ушло около ста тысяч рублей. Сто тысяч — на нужды родственников мужа. А они сами снимали однокомнатную квартиру, копили на первый взнос по ипотеке, отказывали себе в путешествиях и ресторанах.
— Артём, может, стоит немного умерить помощь родителям? — осторожно начала женщина однажды вечером. — Мы сами не так много зарабатываем. Надо на квартиру откладывать.
— Ксения, это мои родители. Они меня вырастили, образование дали. Не могу им отказать. Не последнее же отдаю.
— Я понимаю. Но каждый месяц такие суммы…
— Не каждый месяц. По ситуации. Когда нужно — помогаю.
Ксения замолчала. Не хотелось ссориться, портить отношения. Муж взрослый человек, сам знает, как распоряжаться деньгами.
Прошёл год. Помощь родственникам не прекращалась. Сергей Иванович, отец Артёма, снова попросил помочь с ремонтом дачи — Артём выделил пятьдесят тысяч. Полина Александровна, мать мужа, регулярно просила на коммуналку, на лекарства, на продукты. Марина, сестра, вообще воспринимала брата как личный банкомат. То на одежду нужны деньги, то на косметолога, то на новый телефон.
Ксения молчала. Считала про себя, сколько они могли бы уже накопить на квартиру. Смотрела на счёт в банковском приложении и вздыхала. Накопления росли медленно, потому что регулярно опустошались.
— Может, твоим родителям пора начать жить по средствам? — не выдержала женщина на второй год брака. — Сергей Иванович работает, Полина Александровна тоже. Зачем им наши деньги?
— У них доход небольшой, а отец только недавно устроился на новую работу. Там зарплату не сразу платят. Ксения, ну хватит. Это мои родители. Я не могу их бросить.
— Я не прошу бросить! Просто уменьшить помощь. Разумно уменьшить.
— Разумно — это сколько? Давать им по тысяче в месяц? Это унизительно.
— Давать каждый месяц по пятнадцать — двадцать тысяч тоже не вариант! Мы сами еле сводим концы с концами!
Артём нахмурился, отвернулся. Разговор закончился ничем.
Ксения научилась терпеть. Это раздражало, но открытых конфликтов старалась избегать. Надеялась, что рано или поздно ситуация изменится. Родители Артёма найдут стабильную работу, Марина выйдет замуж, и помощь станет не нужна.
Но вместо этого всё становилось только хуже.
Однажды вечером, когда Ксения готовила ужин, Артём сидел за столом с телефоном.
— Ксения, мои решили помочь Марине с квартирой, — буднично сообщил муж, не поднимая глаз.
— М-м-м, — женщина помешивала суп. — Хорошо. Пусть помогают.
— Ага.
Ксения накладывала салат в миски, когда почувствовала на себе взгляд. Обернулась. Артём смотрел странно — оценивающе, словно ждал реакции.
— Что?
— Ты не против?
— Против чего?
— Что мои родители помогут Марине купить квартиру.
Ксения пожала плечами.
— А меня это как касается? Это их деньги, пусть тратят, как хотят.
— Точно не против?
— Артём, я не понимаю, к чему ты клонишь. Твои родители — взрослые люди. Хотят помочь дочери — пусть помогают. Я тут при чём?
— Ладно. Просто спросил.
Муж вернулся к телефону. Разговор закончился. Ксения забыла об этом диалоге на следующий же день.
Прошёл месяц. Обычный, ничем не примечательный. Ксения работала, приходила домой, готовила ужин, смотрела сериалы. Артём тоже работал, иногда задерживался, говорил про проекты и дедлайны. Ничего подозрительного.
В пятницу вечером Ксения решила проверить семейный бюджет. Открыла банковское приложение, зашла на общий счёт. И замерла.
Минус семьдесят тысяч рублей.
Женщина несколько раз обновила страницу, думая, что ошибка. Но цифра не менялась. Семьдесят тысяч списано три дня назад. Получатель — какой-то банк. Назначение платежа — ежемесячный взнос по ипотеке.
«Ипотека? Какая ипотека?»
У них не было ипотеки. Они снимали квартиру. Копили на первый взнос. Но ипотеку не брали.
Ксения схватила телефон, набрала номер мужа. Длинные гудки. Потом голос Артёма — рассеянный, занятой.
— Да, Ксения?
— Ты где?
— На работе ещё. Задержусь немного. Что случилось?
— Приезжай домой. Немедленно.
— Что-то серьёзное?
— Очень.
Артём приехал через час. Зашёл в квартиру, снял куртку, посмотрел на жену настороженно.
— Ну? Что стряслось?
Ксения протянула телефон с открытым банковским приложением.
— Из за этой ерунды ты меня выдернула, я уж думал…
— Объясни! — перебила Ксения.
Муж взял телефон, глянул на экран. Лицо стало напряжённым.
— А, ну это.
— Это что? Какая ипотека, Артём?
— Ксения, давай спокойно…
— Рассказывай, немедленно! — женщина повысила голос, чувствуя, как внутри закипает что-то горячее.
Артём отвёл взгляд, прошёл на кухню. Налил воды, выпил. Ксения стояла в дверях, скрестив руки на груди. Ждала.
— Ну… это на квартиру Марины.
— Что?
— Я оформил ипотеку. На квартиру для Марины. Она сама не может кредит взять, у неё нет официальной работы. Банк отказал. Вот я и помог.
Ксения моргнула. Потом ещё раз. Не могла поверить услышанному.
— Ты взял ипотеку? На квартиру для сестры?
— Ну да.
— Не спросив меня?
— Ксения, я же месяц назад говорил. Ты сказала, что не против.
— Я сказала, что не против, если твои родители помогут! Своими деньгами! Не нашими!
— Ну так мои и помогли. Продали дачу для первоначального взноса. Я же их сын, не мог оставаться в стороне.
— Артём, — женщина сделала шаг вперёд. — Ты взял ипотеку. Кредит. На двадцать лет. Не посоветовавшись со мной. И теперь мы будем платить семьдесят тысяч в месяц?
— Не семьдесят. Первый взнос был больше. Дальше по сорок пять примерно.
— Сорок пять тысяч в месяц, — повторила Ксения. — За квартиру твоей сестры. Которая даже работать не хочет официально.
— Она работает! Просто в салоне платят в конверте.
— И поэтому мы теперь двадцать лет будем гасить её кредит?
— Не мы. Я. Кредит на моё имя.
— Артём, мы муж и жена! У нас общий бюджет! Из которого ты собираешься каждый месяц отдавать сорок пять тысяч!
Муж поставил стакан на стол, обернулся к жене.
— Марина будет помогать. Постепенно. Когда устроится нормально.
— Устроится? — Ксения почувствовала, как руки начинают дрожать от злости. — Ей двадцать восемь лет! Когда она устроится? Когда начнёт зарабатывать? Через десять лет?
— Не кричи, пожалуйста.
— Я буду кричать! Потому что ты принял решение за нас обоих! Потому что ты взял кредит, который мы будем выплачивать до пенсии! И не спросил моего мнения!
— Я говорил тебе месяц назад!
— Ты сказал, что родители помогут Марине! Не что ты возьмёшь ипотеку на наши имена!
— На моё имя, — поправил Артём.
— На твоё! — выкрикнула Ксения. — Из нашего бюджета! Артём, у нас самих нет квартиры! Мы снимаем! Копим два года на первый взнос! И ты берёшь ипотеку для сестры!
— Марине некуда деваться! Родители не могут вечно её содержать!
— Пусть сама зарабатывает! Пусть официально устраивается и берёт свой кредит!
— Она не может! Ей никто не даст!
— Тогда пусть живёт с родителями! Или снимает! Как мы! Почему мы должны платить за её жильё?
Артём сжал челюсти, лицо побледнело.
— Потому что это моя семья. Моя сестра. И я не могу отказать.
— Значит, я — не семья? — тихо спросила Ксения.
— Ты моя жена. Но Марина — моя сестра. Кровная родственница.
— И поэтому её интересы важнее моих?
— Не важнее. Просто… Ксения, ну пойми. Ей правда некуда деваться. А мы как-нибудь справимся.
— Справимся? — женщина почувствовала, как внутри что-то ломается. — Как? У меня зарплата шестьдесят тысяч. У тебя семьдесят. Аренда — тридцать. Коммуналка — пять. Еда, транспорт, одежда — ещё тридцать пять минимум. Остаётся шестьдесят тысяч на двоих. Из которых сорок пять пойдёт на ипотеку Марины. У нас останется пятнадцать тысяч. На всё. На двоих. Ты это понимаешь? О своей квартире придется забыть, но жить в жесткой экономии.
— Я сказал, Марина будет помогать.
— Когда? Через год? Через пять?
— Как сможет.
— Артём, — Ксения подошла ближе, заглянула мужу в глаза. — Ты реально думаешь, что это нормально? Что можно взять кредит на двадцать лет и не спросить жену?
— Я думал, ты поймёшь.
— Пойму что? Что твоя семья важнее меня? Что я должна двадцать лет платить за квартиру человека, который даже работать нормально не хочет?
— Не говори так про Марину!
— А как говорить? Правду? Твоя сестра — лентяйка! Которая привыкла, что брат ей всё оплачивает! Курсы, одежду, косметологов, а теперь ещё и квартиру!
— Хватит! — рявкнул Артём.
— Не хватит! — выкрикнула Ксения. — Я на ваши долги не подписывалась! Я не соглашалась платить за жильё твоей сестры! Не соглашалась отдавать половину зарплаты на чужую ипотеку!
— Это не чужая! Это семейная!
— Не моя семья! Твоя! Твои родители, твоя сестра! Которые привыкли жить за твой счёт!
— Ты вообще о чём? Мои родители тебе ничего не сделали!
— Они годами высасывают из тебя деньги! Полина Александровна каждый месяц просит на коммуналку! Сергей Иванович — на ремонт, на что угодно! Марина вообще считает, что ты обязан её содержать! И ты со всем соглашаешься!
— Потому что это моя семья!
— А я кто? — голос Ксении сорвался. — Я кто для тебя, Артём? Просто жена? Которая должна молча терпеть, пока ты раздаёшь наши деньги направо и налево?
— Не раздаю! Помогаю!
— Разоряешь! — женщина ударила ладонью по столу. — Ты нас разоряешь! Два года мы копим на квартиру! Два года отказываем себе во всём! А ты берёшь и оформляешь ипотеку на сестру!
— Я думал, ты поймёшь! Думал, что поддержишь!
— Поддержу? Решение, принятое без меня? Кредит, о котором я узнала случайно?
Артём отвернулся, прошёл в гостиную. Ксения последовала за мужем.
— Знаешь что, Артём? Ты можешь помогать своей семье сколько угодно. Но без меня.
— О чём ты?
— О том, что я ухожу.
Муж резко развернулся.
— Что?
— Я ухожу. Подаю на развод. Не собираюсь двадцать лет выплачивать чужую ипотеку.
— Ты серьёзно? Из-за этого?
— Из-за этого? — Ксения почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. — Артём, это не из-за этого. Это из-за того, что ты не видишь во мне партнёра. Для тебя я просто приложение. Которое должно молчать и кивать, пока ты решаешь всё за нас двоих.
— Я не так хотел…
— А как? Ты взял кредит! На двадцать лет! Не спросив! И думаешь, что я должна просто принять? Смириться?
— Думал, ты поймёшь. Семья должна помогать.
— Я твоя семья! Жена! А ты выбрал сестру!
— Я никого не выбирал!
— Выбрал. Взяв ипотеку. Выбрал её интересы вместо наших.
Ксения прошла в спальню, достала из шкафа сумку. Начала складывать вещи. Артём появился в дверях.
— Ты что делаешь?
— Собираюсь.
— Ксения, давай обсудим…
— Нет, — женщина не поднимала головы. — Обсуждать нечего. Ты принял решение. Я принимаю своё.
— Не уходи. Пожалуйста.
— Дай мне хоть это. Хоть одно решение, которое я приму сама.
Артём стоял, смотрел, как жена складывает одежду. Потом развернулся, вышел.
Ксения собрала вещи за полчаса. Самое необходимое — одежда, документы, косметика. Остальное можно забрать потом. Или не забирать вовсе.
Выйдя из спальни с сумкой, обнаружила Артёма на кухне. Муж сидел за столом, уставившись в стену.
— Я позвоню завтра насчёт документов, — сказала женщина.
— Ксения…
— Не надо. Правда. Не надо ничего говорить.
— Я думал, что поступаю правильно.
— Знаю. Но ты ошибся. Серьёзно ошибся.
Ксения вышла из квартиры. Спустилась по лестнице, села в машину. Только тогда позволила себе заплакать.
Переночевала у подруги. Та не задавала лишних вопросов, просто обняла, дала чай, постелила на диване.
— Что случилось? — спросила только утром.
— Он взял ипотеку на сестру. Без моего ведома. На двадцать лет.
Подруга присвистнула.
— Совсем крыша поехала?
— Видимо.
— И что теперь?
— Развод.
— Серьёзно?
— Абсолютно. Не собираюсь жить с человеком, который принимает такие решения за меня.
— Оставайся у меня сколько нужно.
Собрала документы и пошла подала заявление на развод.
Артём звонил первые две недели. Просил вернуться, обещал всё изменить. Ксения слушала молча, потом клала трубку. На третьей неделе звонки прекратились.
Однажды вечером телефон зазвонил снова. Незнакомый номер. Ксения ответила осторожно.
— Алло.
— Это Полина Александровна. Мне нужно с тобой поговорить.
— О чём?
— О моём сыне. Он не ест, не спит нормально. Ты должна вернуться.
Ксения усмехнулась.
— Должна?
— Он же любит тебя, а ты из-за какой-то ипотеки решила разрушить семью! Это же глупость! Даже не попыталась понять его.
— Полина Александровна, — спокойно ответила женщина. — Не из-за ипотеки. Из-за того, что ваш сын не считает нужным советоваться с женой. Из-за того, что ваша семья привыкла жить за его счёт. И из-за того, что я больше не намерена в этом участвовать.
— Ты эгоистка!
— Возможно. Но я эгоистка, у которой есть деньги на еду. В отличие от вашего сына, который теперь двадцать лет будет платить за квартиру Марины.
— Марине нужна была помощь!
— Пусть сама зарабатывает. Ей двадцать восемь лет. Пора взрослеть.
— Ты жестокая!
— А вы — наглая. До свидания.
Ксения положила трубку. Заблокировала номер.
Развод оформили быстро. Имущества общего почти не было — мебель в съёмной квартире, одежда, техника. Поделили без скандалов. Ипотека осталась на Артёме согласно документам — кредит оформлен на его имя, он и отвечает.
— Может, одумаешься ещё? — спросил Артём на последней встрече.
— Нет.
— Из-за одной ошибки разрушить семью…
— Это не одна ошибка. Это два года регулярных ошибок. Два года, когда ты помогал всем, кроме нас. А ипотека — просто финальная точка.
— Я любил тебя.
— Я знаю. Но недостаточно сильно, чтобы поставить меня на первое место.
Артём хотел что-то сказать, но промолчал. Подписал бумаги, встал, вышел.
Ксения осталась сидеть в кабинете. Смотрела на подпись в документе — разведена. Странное чувство. Облегчение вперемешку с грустью.
Ксения через неделю сняла небольшую однокомнатную квартиру. Обустроила по своему вкусу, купила новую посуду, повесила новые шторы. Начала откладывать деньги — теперь без чужих рук, лезущих в семейный бюджет.
Прошло полгода. Жизнь наладилась. Новая работа с более высокой зарплатой, новые знакомые, новые планы. Ксения копила на квартиру — теперь уже реально, без оглядки на чужие нужды.
Однажды в супермаркете случайно столкнулась с Артёмом. Бывший муж выглядел уставшим. Толкал тележку с продуктами — самыми дешёвыми, Ксения заметила.
— Привет, — неловко начал Артём.
— Привет.
— Как дела?
— Нормально. У тебя?
— Да так. Работаю. Плачу кредит.
— Марина помогает?
Артём криво усмехнулся.
— Нет. Говорит, что пока не может. Устроится — поможет.
— Понятно.
Неловкая пауза. Артём переминался с ноги на ногу.
— Знаешь, ты была права. Тогда. Про ипотеку. Не должен был так поступать.
— Поздно.
— Знаю. Просто хотел сказать.
Ксения кивнула, толкнула свою тележку дальше. Обернулась на прощание.
— Удачи тебе, Артём.
— И тебе.
Женщина пошла дальше по магазину. Выбирала продукты, которые нравились ей. Дорогие, качественные. Могла себе позволить — зарплата теперь полностью её, никто не тянет руки в кошелёк.
Выйдя из магазина, села в такси. Поехала домой. В квартиру, где никто не попросит денег на чужие нужды. Где можно жить спокойно, планировать будущее без оглядки на чужую семью.
И это было лучшее решение в её жизни.
