— Надо срочно съездить на дачу. Проверить, как дом после зимы пережил, — Ирина бросила взгляд на календарь и мысленно прикинула, когда получится выбраться за город.
Весна в разгаре, а она всё никак не могла найти время. Работа, домашние дела, постоянная суета — всё это отодвигало поездку на потом. Но сейчас, наконец, выдался свободный выходной. Погода стояла солнечная, тёплая, и Ирина решила не откладывать больше.
Собравшись быстро, она взяла сумку с необходимыми вещами — блокнот, где были записаны все дела по даче, небольшой набор инструментов, термос с чаем. Ирина села в машину и выехала из города. Дорога заняла около часа. Участок находился в тихом садовом товариществе, где большинство домов принадлежало пожилым людям. Летом здесь было многолюдно, но весной царила приятная тишина.
По пути Ирина думала о том, что нужно будет сделать. Проверить крышу, осмотреть трубы, убедиться, что зимние морозы не повредили фундамент. Может быть, сразу вскопать несколько грядок, если земля уже достаточно прогрелась. В прошлом году она посадила помидоры и огурцы, получился неплохой урожай.
Когда Ирина подъехала к своей калитке, она замерла. У забора стояли три чужие машины — чёрный внедорожник, серебристая легковушка и старенький универсал. Из-за ограды доносились голоса, смех и негромкая музыка. Женщина нахмурилась, заглушила мотор и вышла из автомобиля.
— Что здесь происходит? — пробормотала она себе под нос, прищурившись от яркого солнца.
Ирина подошла к калитке и проверила номер дома, хотя и так прекрасно знала, что это её участок. Сомнений не было — адрес совпадал. Номер дома, название улицы — всё правильно. Она толкнула калитку, которая, к её удивлению, оказалась открыта, и вошла во двор.
Картина, открывшаяся перед ней, заставила Ирину остановиться на пороге. Во дворе был накрыт большой стол с белой скатертью, на нём стояли тарелки с закусками — нарезки колбасы и сыра, салаты в хрустальных вазочках, бутылки с напитками, свежие фрукты. Вокруг сидели гости — человек десять, не меньше. Все были нарядно одеты, весело беседовали и смеялись. Кто-то держал в руках бокалы, кто-то накладывал себе еду.
В центре всего этого великолепия восседала Раиса Михайловна, бывшая свекровь Ирины. Женщина принимала поздравления, улыбалась и кивала головой, явно наслаждаясь вниманием. На ней было нарядное платье цвета бордо с золотистой брошью, волосы уложены в замысловатую причёску, на шее поблёскивали бусы. Выглядела она празднично и довольно.
— С юбилеем вас, Раиса Михайловна! — восклицал кто-то из гостей, поднимая бокал в её сторону. — Пусть этот дом всегда будет полон радости и счастья!
— Спасибо, спасибо, дорогие мои! Я так рада, что вы все здесь, — Раиса Михайловна разлила себе немного вина и подняла бокал. — Этот дом для меня особенный, родовое место. Мы с покойным мужем столько лет сюда приезжали, столько воспоминаний связано с этими стенами. Помню, как мы здесь отдыхали, сажали первые яблони, — она театрально вздохнула, прикладывая руку к сердцу.
Ирина стояла в нескольких метрах от стола и молча наблюдала за происходящим. Гнев медленно поднимался внутри неё, но она сдерживала эмоции. Кровь прилила к лицу, выдавая с трудом сдерживаемую ярость. Пальцы сжались в кулаки, дыхание участилось.
Родовое место? Покойный муж? Ирина усмехнулась про себя, качая головой. Какая наглость! Раиса Михайловна никогда не была на этом участке при жизни своего мужа. Более того, её муж скончался задолго до того, как Ирина познакомилась с Олегом, ещё в девяностые годы.
Эту дачу купила сама Ирина на деньги, которые она заработала ещё до замужества, работая менеджером в крупной торговой компании. Она копила несколько лет, отказывая себе во многом. Когда она вышла замуж за Олега, сына Раисы Михайловны, участок уже был оформлен на неё. Дача всегда принадлежала только Ирине.
После развода, который произошёл три года назад, Олег съехал от матери и уехал в другой город, нашёл там работу. Раиса Михайловна осталась одна в своей квартире и периодически пыталась наладить контакт с бывшей невесткой. Звонила по телефону, приглашала в гости на чай, спрашивала, как дела, не нужна ли помощь. Ирина старалась держаться вежливо, но на расстоянии. Она не желала поддерживать близкие отношения с родственниками бывшего мужа. Слишком много обид осталось от того брака, слишком много неприятных воспоминаний.
Однако сейчас ситуация перешла все мыслимые границы. Раиса Михайловна не просто зашла на чужую территорию — она устроила здесь полноценный праздник, пригласила гостей, накрыла стол, да ещё и рассказывала всем небылицы о «родовом месте» и «покойном муже», который якобы здесь бывал.
Ирина сделала несколько шагов вперёд, приближаясь к столу. Её шаги были уверенными, решительными, но внутри бурлила смесь возмущения и недоумения. Как вообще Раиса Михайловна сюда попала? Откуда у неё ключи? Давно ли она сюда приходит?
Первым её заметил мужчина средних лет с залысиной, сидевший справа от юбилярши. Он замолчал на полуслове и растерянно уставился на хозяйку участка. За ним обернулась женщина в красном кардигане с вязаной брошкой, потом ещё кто-то. Постепенно все гости повернулись в её сторону.
— Раиса Михайловна, к вам кто-то пришёл, — тихо сказал мужчина, слегка подталкивая локтем юбилярш у.
Разговоры за столом стихли. Все повернулись в сторону Ирины. Кто-то положил вилку, кто-то замер с бокалом в руке. Раиса Михайловна подняла взгляд и на мгновение замерла. Улыбка застыла на её губах, в глазах мелькнуло что-то похожее на испуг. Но через секунду она взяла себя в руки, и на её лице появилась натянутая улыбка.
— Ирочка! Вот это сюрприз! Мы тебя не ждали совсем. Зачем приехала без звонка? Могла бы предупредить, мы бы тебя тоже пригласили, — голос свекрови звучал слишком бодро, но в глазах мелькнуло беспокойство.
— Без звонка? — Ирина скрестила руки на груди и прищурилась. — Раиса Михайловна, это моя дача. Моя собственность. Мне не нужно никому звонить и ни у кого спрашивать разрешения, чтобы приехать на свою территорию.
Гости переглянулись, некоторые с нескрываемым удивлением. Кто-то неловко откашлялся. Женщина в красном кардигане опустила глаза в тарелку и начала нервно теребить салфетку. Мужчина с залысиной, который первым заметил Ирину, сдвинул брови и внимательно посмотрел на юбилярш у, словно пытаясь понять, что здесь происходит.
— Ну что ты, милая. Мы же договаривались когда-то, что я могу здесь иногда бывать, — Раиса Михайловна попыталась отшутиться и махнула рукой, словно отгоняя назойливую муху. — Присаживайся к нам, выпей чаю. Видишь, какой замечательный стол накрыт! Я столько всего приготовила!
— Мы ни о чём не договаривались, — твёрдо произнесла Ирина, не сдвигаясь с места. Она говорила спокойно, но голос звучал как сталь. — Я никогда — слышите, никогда — не давала вам разрешения устраивать здесь какие-либо мероприятия. Более того, я не понимаю, как вы вообще сюда попали. У вас не должно быть ключей от моей дачи.
— Ирочка, ну не будь такой строгой! — голос Раисы Михайловны стал жёстче, в нём прорезались металлические нотки. Она явно начинала раздражаться. — У меня сегодня юбилей, шестьдесят пять лет! Я хотела отметить его в приятной обстановке, на природе. Подумаешь, воспользовались дачкой на один день! От этого никому хуже не стало! Ты же не живёшь здесь постоянно!
— Дачкой? — Ирина подняла бровь и сделала ещё шаг вперёд, её взгляд стал жёстче. — Это не дачка. Это моё имущество, которое я купила на свои деньги. На деньги, которые я зарабатывала годами, отказывая себе во многом. Это моя территория. И после развода с Олегом никто из вашей семьи не имеет к ней никакого отношения. Никакого. И вы это прекрасно знаете.
— Ты же понимаешь, что Олег мой сын! Мой единственный сын! — Раиса Михайловна повысила голос, её щёки покраснели. — А ты была его женой, жила с ним под одной крышей. Значит, и дача была общая. Разве не так? Или ты считаешь, что имеешь право на всё?
— Была, — спокойно, но твёрдо ответила Ирина, хотя внутри она кипела. — Ключевое слово — была. Мы развелись три года назад. Этот участок принадлежал мне до брака и остался моим после развода. Так что никаких прав у вас здесь нет. Абсолютно никаких. И ваш сын это прекрасно знает, потому что мы всё обсудили во время развода.
Несколько гостей начали беспокойно ёрзать на стульях. Атмосфера праздника испарилась мгновенно. Кто-то тихо позвякивал вилкой по тарелке. Одна пожилая женщина с короткой стрижкой и очками на носу тихо спросила, наклонившись к юбилярше:
— Раечка, может, нам и правда лучше уйти? Неловко как-то получается. Я не знала, что здесь такая ситуация. Если бы ты предупредила…
— Никуда мы не уйдём! — резко оборвала её Раиса Михайловна, стукнув ладонью по столу. Бокалы задрожали, одна тарелка чуть не упала. Кто-то вздрогнул от резкости. — Мы только начали отмечать! Ещё и торт не разрезали! Ирина, не порти людям праздник. Ты же видишь, здесь гости! Они специально приехали меня поздравить, потратили своё время!
— Именно поэтому я и прошу вас покинуть территорию немедленно, — Ирина выпрямилась во весь рост и достала из кармана телефон. Её голос оставался спокойным, но в нём звучала непреклонность. — Если через десять минут здесь будет хоть один человек, я вызову полицию. Самовольное проникновение на чужую территорию, использование чужого имущества без разрешения владельца — это нарушение закона. Статья триста тридцатая Гражданского кодекса. Думаю, вашим гостям не хочется объясняться с полицией.
Раиса Михайловна побледнела. Её губы задрожали, руки сжались в кулаки. Она явно не ожидала такого решительного отпора.
— Ты не посмеешь! Ты не посмеешь вызвать полицию! — её голос дрогнул. — У меня сегодня день рождения! Юбилей! Ты хочешь испортить мне праздник? Опозорить перед людьми?
— Это вы сами себе его испортили, когда решили отметить юбилей на чужой даче без разрешения владельца, — ровным голосом ответила Ирина, глядя на экран телефона и делая вид, что набирает номер. — У вас осталось девять минут.
Гости заторопились. Кто-то быстро начал складывать посуду в пакеты, кто-то хватал свои сумки и куртки. Женщина в красном кардигане поспешно собрала свои вещи и направилась к выходу, бросив виноватый и испуганный взгляд на Ирину. Мужчина с залысиной потянулся за своим пиджаком, висевшим на спинке стула. Пожилая женщина с короткой стрижкой, которая раньше предложила уйти, виноватым тоном обратилась к юбилярше:
— Раечка, нам действительно лучше уехать. Это какое-то недоразумение, мы не знали. Давай продолжим у тебя дома, а? Я привезу салат, который принесла. Мы всё равно ничего толком не успели попробовать. Не переживай, день рождения не испорчен, просто место изменится.
Раиса Михайловна сидела не шевелясь, сжав губы в тонкую линию. Её лицо покраснело от злости и унижения. Глаза блестели — то ли от гнева, то ли от готовых пролиться слёз. Руки дрожали.
— Это всё из-за тебя! — наконец выкрикнула она, указывая дрожащим пальцем на Ирину. — Ты бессердечная! Чёрствая! Не можешь даже на один день разрешить отпраздновать! Тебе что, жалко?! У тебя даже сердца нет! Ты превратилась в чёрствого, злого человека!
— У меня осталось семь минут, — коротко бросила Ирина, не отрывая глаз от экрана телефона. Она не собиралась вступать в перепалку и оправдываться.
Через пять минут двор почти опустел. Гости быстро собрали свои вещи и один за другим уезжали, бросая извиняющиеся взгляды в сторону хозяйки участка. Кто-то пытался унести с собой тарелки с едой, кто-то оставлял всё как есть, лишь бы поскорее уйти и не оказаться в неловкой ситуации. Последней собиралась Раиса Михайловна. Она нарочито медленно укладывала остатки еды в пакеты, демонстративно игнорируя присутствие Ирины, показывая своим видом, как она недовольна.
Когда она наконец направилась к выходу, неся в руках два пакета с едой и свою сумочку, Ирина остановила её:
— Ключи.
Раиса Михайловна остановилась, но не обернулась. Сделала вид, что не поняла.
— Что? — холодно бросила она через плечо.
— Ключи от дачи. Отдайте их мне. Откуда они у вас? — Ирина смотрела на свекровь спокойно, но требовательно, не собираясь отступать.
Раиса Михайловна нехотя поставила пакеты на землю, полезла в сумку и достала связку ключей. На связке было три ключа — от калитки, от входной двери дома и от сарая.
— Олег оставил их мне давно. Ещё когда вы вместе жили, в первый год вашего брака. На всякий случай, сказал он. Мало ли что может случиться. Вдруг вам понадобится помощь, а я смогу приехать, — она говорила нехотя, с вызовом.
— Отдайте, — Ирина протянула руку ладонью вверх, не опуская её.
— И зачем они тебе теперь? — попыталась увильнуть Раиса Михайловна, пряча руку с ключами за спину. — Всё равно замки старые, давно пора новые поставить. Зачем тебе эти ржавые ключи?
— Именно поэтому я их и заберу. И замки действительно поменяю. Сегодня же. Прямо сейчас вызову мастера. А эти ключи мне нужны как доказательство того, что вы незаконно проникали на мою территорию, — твёрдо сказала Ирина, не опуская руки и не отводя взгляда.
Раиса Михайловна швырнула ключи в руки бывшей невестки так, что они чуть не упали на землю. Ирина ловко поймала их и сжала в кулаке. Металл был тёплым от долгого пребывания в сумке свекрови.
— Ты пожалеешь об этом! Ещё пожалеешь! — прошипела Раиса Михайловна, глядя на неё с ненавистью. — Олег узнает, как ты со мной поступила! Он не простит тебе такого отношения к его матери! К женщине, которая его родила и вырастила!
— Олег прекрасно знает, что дача моя. Мы обсуждали это во время развода, всё было чётко прописано. И если вы хотите его впутать в эту историю, я с удовольствием расскажу ему, как его мать незаконно пользовалась чужим имуществом, устраивала здесь праздники, рассказывала небылицы гостям, — спокойно ответила Ирина.
Раиса Михайловна, не попрощавшись и не сказав больше ни слова, схватила свои пакеты, развернулась и почти бегом направилась к калитке. Через секунду послышался звук захлопнувшейся дверцы автомобиля, затем — рёв мотора. Машина рывком сорвалась с места, подняв облако пыли, и скрылась за поворотом, оставив за собой лишь след от покрышек.
Ирина осталась стоять посреди двора в полной тишине. Она огляделась вокруг, медленно выдыхая накопившееся напряжение. На земле валялись пластиковые стаканчики и мятые салфетки, на столе остались недоеденные закуски, разлитый сок оставил липкие пятна на скатерти, повсюду были крошки. Придётся убирать весь этот беспорядок. Она вздохнула и прикрыла глаза на мгновение, чувствуя, как напряжение медленно отпускает, уступая место усталости.
Достав телефон, Ирина набрала номер знакомого слесаря. Виктор Петрович помогал ей и раньше, надёжный мастер. Замки нужно было менять срочно. Кто знает, сколько копий ключей успела наделать Раиса Михайловна за всё это время. А может, и Олег когда-то сделал дубликат для кого-то ещё. Нельзя было рисковать.
— Алло, Виктор Петрович? Это Ирина Сергеевна. У меня к вам срочное дело. Можете приехать на дачу и поменять замки? Все три — на калитке, на входной двери и на сарае. Да, именно сегодня. Как можно скорее, очень прошу. Хорошо, жду через час. Большое спасибо.
Пока слесарь был в пути, Ирина начала убирать двор. Собрала стаканчики и выбросила в мусорный мешок, подняла салфетки, вытерла стол влажной тряпкой. Еду она сложила в пакеты — потом выбросит или, может быть, отдаст соседям, если кто-то захочет. Скатерть сняла и убрала в дом, чтобы постирать. Постепенно двор приобретал прежний вид, становился снова её территорией.
Через час, как и обещал, приехал Виктор Петрович, пожилой мужчина лет шестидесяти с седыми усами и добрым, спокойным взглядом. Он был знаком с Ириной много лет, ещё до её замужества помогал с ремонтом в квартире, устанавливал двери.
— Здравствуйте, Ирина Сергеевна. Что случилось? Ключи потеряли? Или кто-то пытался проникнуть? — спросил он, доставая из багажника ящик с инструментами и новые замки.
— Нет, не совсем. Просто нужно поменять все замки для безопасности. Долгая история, не хочется вдаваться в подробности, — устало улыбнулась Ирина.
— Понял, не буду расспрашивать. Личное дело. Сейчас всё сделаем как надо, — кивнул Виктор Петрович и принялся за работу. Он работал быстро, профессионально, без лишних слов.
Через два часа слесарь закончил. Ирина проверила новые замки — всё было установлено надёжно и качественно, без единого дефекта. Ключи удобно лежали в руке, замки открывались и закрывались плавно, без скрипа и заеданий.
— Спасибо большое, Виктор Петрович. Выручили, как всегда. Сколько я вам должна?
— Да ладно, мы же старые знакомые. Символическую сумму возьму за материалы и работу. Главное, чтобы у вас всё было в порядке и спокойно, — махнул рукой мастер, протирая руки тряпкой.
Ирина расплатилась с ним, добавив сверху за срочность, и проводила до калитки. Когда машина слесаря скрылась за поворотом, подняв лёгкую пыль, она вернулась в дом.
Внутри всё оказалось на своих местах, но было видно, что здесь кто-то хозяйничал, причём не один раз. В холодильнике лежали продукты, которых Ирина точно не оставляла — дорогой импортный сыр, свежие овощи, какие-то баночки с домашней консервацией, икра. В шкафу стояла новая посуда — тарелки с позолотой по краям, хрустальные бокалы на тонких ножках, красивые чашки. На подоконнике красовались цветы в горшках — фиалки разных оттенков и пышная герань.
— Надо же, как обжилась, — пробормотала Ирина, разглядывая чужие вещи с удивлением и возмущением. — Видимо, не первый раз здесь праздники устраивала. Может, и ночевала даже.
Она собрала всё лишнее в коробки — посуду, консервацию, даже цветы — и вынесла за порог, аккуратно поставив возле калитки. Пусть Раиса Михайловна приедет и заберёт, если захочет. Хотя вряд ли она теперь решится сюда показаться. Да и ключей у неё больше нет.
Ирина села на веранде с кружкой горячего кофе и задумалась, глядя на сад. Сколько же времени свекровь пользовалась её дачей? Судя по количеству вещей, это продолжалось давно. Может, год, а может, и больше. А она даже не подозревала об этом. Наверное, Раиса Михайловна приезжала сюда регулярно, может быть, даже ночевала летом. Приглашала друзей, родственников, устраивала посиделки. Рассказывала всем, что это её дача, её «родовое место», плела легенды про покойного мужа.
Всё началось ещё при Олеге. Наверное, он тогда отдал матери запасной комплект ключей в первый год их брака, не подумав, что после развода это может стать проблемой. Или подумал, но промолчал, не захотел расстраивать мать. Олег всегда был слишком мягким с ней, не умел ей отказывать, ставил её желания выше всего. Может быть, именно это и стало одной из главных причин их развода. Впрочем, это уже не имело значения. Прошлое осталось в прошлом.
Главное, что сейчас всё встало на свои места. Ирина выставила границы, которые никто больше не смеет нарушить. Она не чувствовала вины за то, что сделала. Это была её собственность, её территория, её право. И она имела полное право защищать их любыми законными способами.
Она допила кофе и поднялась. Нужно было привести участок в порядок, проверить дом после зимы, как и планировалось изначально. Ирина обошла все помещения, тщательно осматривая каждый уголок. Проверила окна — нигде не было трещин. Осмотрела крышу — никаких повреждений, черепица на месте. В подвале было сухо, никаких следов влаги, трубы целы. Дом пережил зиму хорошо.
Потом она вышла в сад. Яблони уже начинали цвести, розовые и белые лепестки покрывали ветви, словно снег. Кусты смородины зеленели молодыми листочками, обещая хороший урожай. Земля уже достаточно прогрелась. Нужно будет приехать через пару недель и заняться обрезкой, прополкой, посадкой овощей. Может быть, в этом году посадить ещё и клубнику.
Вечером, когда работа была закончена и солнце клонилось к закату, Ирина ещё раз обошла территорию. Всё выглядело так, как должно было. Никаких следов чужого присутствия. Дача снова была её домом, её убежищем, её личным пространством, куда никто не мог войти без разрешения.
Перед отъездом она постояла у калитки, глядя на тихую улицу. Где-то вдалеке слышались голоса соседей, обсуждавших свои дела, кто-то стучал молотком, ремонтируя забор, доносился смех детей, игравших в мяч. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в оранжевые, розовые и фиолетовые тона. Воздух пах свежестью, прелой листвой и цветами.
Ирина закрыла калитку на новый замок, потянула за ручку — держится крепко. Села в машину и ещё раз взглянула на дом через зеркало заднего вида. Её дом. Её территория. Её границы. Теперь защищённые.
Она завела мотор и медленно тронулась с места. В тот момент она точно поняла: если кто-то отмечает праздник на твоей территории, как на своей, лучший тост — напомнить, чья это собственность, и закрыть калитку за последним гостем. Без сожалений. Без чувства вины. Просто защитить то, что принадлежит тебе по праву. И это правильно.
