Двадцать лет они ходили друг к другу в гости, сидели за одним столом на семейных праздниках и казались неразлучными друзьями. Но оказалось, что даже такая крепкая мужская дружба ломается за один день, когда на кону встают большие деньги и личные амбиции. Теперь вместо объятий при встрече — холодное игнорирование и публичные обвинения, от которых становится не по себе даже бывалым продюсерам.
Все началось с благородной идеи сделать что-то стоящее для нашей музыки, а закончилось грандиозным скандалом. Один кричит, что его оболгали и предали. Другой утверждает, что его просто использовали как кошелек, а потом выставили за дверь.
Кто здесь жертва, а кто кукловод, и куда на самом деле делись полтора миллиона долларов? Давайте разбираться в этой запутанной истории, где каждый новый поворот интереснее предыдущего.
«А он что, самый главный?»: кто начал первым
Тишину нарушил Игорь Крутой. Видимо, накипело. В откровенном интервью он вдруг решил вытащить скелеты из шкафа и рассказал, почему его дороги с Эмином Агаларовым и Максимом Фадеевым разошлись в разные стороны. Композитор заявил прямо: его партнеры просто не смогли смириться с тем, что главным в новом проекте будет он.
По словам маэстро, коллеги устроили настоящий бунт. Особенно досталось Максиму Фадееву. Крутой припомнил фразу, которую продюсер якобы бросил в пылу спора: «А он что, самый главный?». Мол, почему мы, взрослые и состоявшиеся люди, должны ходить по струнке и слушаться одного человека? Эта формулировка явно задела Игоря Яковлевича за живое.
Но самый тяжелый камень полетел в огород Эмина. Крутой обвинил его не просто в спорах, а в конкретной лжи. Речь зашла о деньгах. По версии композитора, Агаларов распустил слух, будто Крутой присвоил полтора миллиона долларов на организацию премии. Игорь Яковлевич был категоричен: это клевета, никаких денег он не брал, а Эмин все это выдумал, чтобы испортить ему репутацию.
«Смотреть на это было противно»
Агаларов, который обычно держит лицо и не опускается до дешевых перепалок, тут промолчать не смог. Ему 46 лет, он успешный бизнесмен, и такие обвинения для него — серьезный удар. Эмин признался: когда смотрел интервью своего бывшего друга, ему было просто неприятно. Человек, с которым он дружил четверть века, на всю страну называет его обманщиком.
«Он перевернул факты с ног на голову», — заявил Агаларов и выдал свою версию, от которой история заиграла совсем другими красками. Оказывается, инициатором всего этого движения был именно он. Эмин хотел создать главную музыкальную премию страны — честную, прозрачную, крутую. Первым делом набрал Крутому. Тот согласился.
Пока Игорь Яковлевич отдыхал за границей, Эмин собрал мощную команду. Подтянулись Лепс, Матвиенко, Фадеев, Кожевников. Все горели идеей. Но как только дело дошло до реальной работы, начались странности. Крутому, судя по всему, совсем не понравилось, что решения принимаются коллективно, а не им единолично. Демократия в шоу-бизнесе не прижилась.
Тайна исчезнувшего миллиона
Самая суть этого конфликта — в деньгах. Крутой уверяет: бюджета у премии не было, все делали чуть ли не на одном лишь энтузиазме. Агаларов смеется: какой энтузиазм, когда речь идет о шоу такого уровня? И у него есть доказательства.
Эмин утверждает: цифру в полтора миллиона долларов он не придумал. Эту сумму ему озвучил сотрудник компании «АРС», которая принадлежит самому Крутому. Агаларов, как человек бизнеса, привык работать в открытую. На очередной встрече продюсеров он встал и озвучил эту цифру всем. Мол, ребята, бюджет такой-то, давайте работать. Он был уверен, что все должны знать правду.
И тут началось самое интересное. Крутого на той встрече не было — он улетел на роды дочери. Но ему, конечно же, сразу доложили. Реакция была мгновенной. Игорь Яковлевич позвонил Эмину и устроил жесткую взбучку. Кричал, возмущался, говорил, что лезть в чужой карман некрасиво.
Но в пылу гнева маэстро проговорился. Как вспоминает Агаларов, Крутой заявил: «Там не полтора миллиона, а всего один!». Эмин тогда опешил. Получается, деньги все-таки были? Просто сумма другая? Значит, в интервью про отсутствие бюджета он лукавил?
Чтобы закрыть этот вопрос раз и навсегда, Эмин тогда написал официальное письмо всем участникам концессии. Там он расписал все расходы. Этот документ и стал той самой спичкой, которая подожгла бочку с порохом. Крутой такого «предательства» не простил.
«Меня просто оставили ни с чем»
В итоге крайним сделали именно Агаларова. Премия прошла в его «Крокус Сити Холле». И платил за банкет, как говорится, тоже он. Эмин вложился по полной: оплатил дорогую рекламу, устроил роскошный ужин в ресторане Nobu на 600 человек. Гости ели, пили, веселились.
Агаларов платил свои личные деньги, не выставляя никому счетов. Была устная мужская договоренность: мы партнеры, я вкладываюсь сейчас, потом разберемся. Он верил на слово. Но после ссоры из-за того самого письма его просто вычеркнули из списков.
«Меня просто убрали из команды», — с обидой говорит Эмин. Премию провели, отпраздновали, а про долги «забыли». Ни копейки из потраченных средств ему не вернули. По сути, он оплатил праздник для тех, кто на следующий день перестал подавать ему руку.
Именно этот момент стал поворотным. Агаларов понял: с этими людьми каши не сваришь. Хватит надеяться на старую гвардию, пора делать свое. Так и появился медиахолдинг «ЖАРА». Он создал свой фестиваль, свое радио, свой телеканал назло всем врагам, чтобы больше ни от кого не зависеть.
«Не езди к нему, или прокляну»
Сейчас между бывшими друзьями идет настоящая холодная борьба. И страдают от нее в первую очередь артисты. Эмин рассказывает неприятные вещи: Крутой якобы использует свое влияние, чтобы запугивать звезд.
Схема работает просто и жестко. Если артист соглашается ехать к Эмину в Баку на фестиваль «ЖАРА», ему тут же звонят «доброжелатели». Ультиматум звучит так: «Поедешь к Агаларову — забудь про Новую волну и эфиры». Для многих исполнителей это страшный выбор. Ссориться с Крутым опасно — он фигура масштабная. Но и Эмин делает шоу мирового уровня, где хочется быть.
«Артисты мне звонят, жалуются на угрозы», — делится Агаларов. Сам он считает такой подход дикостью. Музыкант должен выступать там, где его ждут зрители, а не быть пешкой в чужих конфликтах. Эмин уверяет: он никого не ограничивает и только рад, если звезды светятся везде.
Последний разговор: «Варись в этом сам»
Точку в их отношениях поставил телефонный звонок пять лет назад. Эмин попытался поступить мудро. Позвонил, хотел поговорить по-мужски, сгладить углы. Сказал, что уважает возраст Игоря Яковлевича, помнит все хорошее и ценит дружбу выше любых проектов.
Но диалога не вышло. Крутой был настроен воинственно. Он грубо оборвал Эмина, заявив, что тот залез не в свое дело. И напоследок бросил фразу, которая звучит в ушах до сих пор: «Варись в этой каше теперь сам». И повесил трубку.
С тех пор они не общаются. Прошло уже много времени, но обида не уходит. Агаларов стоит на своем: «Я совершенно точно буду ждать публичных извинений!». Он хочет, чтобы бывший друг взял свои слова про ложь и клевету обратно. Но, глядя на то, как развиваются события, вряд ли мы скоро увидим их рукопожатие. Два сильных характера нашли коса на камень, и уступать никто не намерен.
