Здравствуйте, дорогие читатели!
Отар Кушанашвили снова взялся за старое. Журналист, известный своей резкостью и нелюбовью к «старцам» эстрады, прошелся по Алексею Глызину и Александру Серову. Его главная мысль: ребята, вы старые, уходите со сцены, не позорьтесь. Прозвучало это, как обычно у Отара, жестко, цинично и с долей черного юмора.
Давайте разбираться, где здесь правда, а где просто желание хайпануть на чужих именитых костях.
«Не вытягивай, выключи микрофон»: что Кушанашвили сказал про Глызина
Поводом для критики стал юбилей Алексея Глызина. Артисту исполнилось 70. Отар был на празднике и, судя по его рассказу, ужаснулся. Не от того, что Глызин плохо выглядит (он признал, что генотип у певца хороший). А от того, что Глызин до сих пор думает, будто он неотразим и сексуально поет «Зимний вечер в Сорренто».
«Я думаю, как бы он не сдох в конце первого куплета», — заявил Кушанашвили.
Жестко, цинично, но Отар есть Отар. Он считает, что Глызину пора остановиться, взять паузу и не выходить на сцену, когда каждый куплет дается через «не могу». При этом журналист признает, что у певца хорошее чувство юмора и он ясно мыслит. Но вот самооценка, по мнению Кушанашвили, у Глызина зашкаливает.
«Он думает, что неотразим. Я думаю, что у него сенильный психоз», — отрезал журналист.
Особенно его задел животик именинника. «В профиль не становиться, когда у тебя живот лежит в третьем ряду», — посоветовал Отар. По его мнению, артист должен адекватно оценивать свои физические кондиции и не лезть на рожон.
«Чешет гениталии и харкается»: Серову досталось больше
Если Глызину еще досталось относительно мягко, то Александру Серову Отар проходу не дал. Артисту 75. Некогда импозантный красавец, который свел с ума весь мир «Мадонной», теперь вызывает у Кушанашвили только брезгливость.
«Во что превратил себя Александр Серов? Чешет гениталии, харкается и так далее», — перечисляет Отар.
Журналист не понимает, зачем человеку, у которого огромное количество заработанных денег, продолжать выступать. Он мог бы уже давно уйти на покой и жить в свое удовольствие. Но вместо этого он выходит на сцену и, по словам Кушанашвили, сморкается прямо на человека.
«Я вижу, как он подходит к краю сцены, сморкается прямо на человека. Вытирает руку и говорит: „Че, нравится песня?“» — возмущается Отар.
Он признает, что у него есть почтение к Серову за его прошлые заслуги. Но это почтение заканчивается там, где начинается откровенное неуважение к себе и к зрителю. «Да сохрани ты хоть какое-то уважение людей!» — восклицает журналист.
«Это парень, который спел «Мадонну»
Отар ностальгирует по тем временам, когда Серов был молодым, красивым и талантливым. Когда он победил в Европе в каком-то конкурсе, приехал и поразил всех своим уровнем. Кушанашвили называет его «певцом проевропейского мирового уровня». И признается, что смотреть на нынешнего Серова ему больно.
«А сейчас я вижу вот это», — говорит он, не скрывая отвращения.
И это, пожалуй, главная претензия Отара. Не то, что Серов старый. А то, что он не понимает, что старый. И продолжает выходить на сцену, корчиться, кашлять и харкать, думая, что публика до сих пор видит в нем того самого красавчика из «Утренней почты».
А что думаете вы?
Кушанашвили, как всегда, резок, жесток и недипломатичен. Но он, как ни крути, прав в одном. Время неумолимо. И то, что прощали 40-летнему певцу, не прощают 70-летнему.
Если ты выходишь на сцену, ты должен быть в форме. И не только голосовой, но и физической. А если ты уже не можешь петь, как раньше, может, правда пора уходить? Чтобы не вызывать жалость, а оставить о себе память как о великом артисте, а не как о старике, который до последнего цепляется за микрофон?
Кто прав: Кушанашвили, который говорит горькую правду, или артисты, которые имеют право петь, пока дышат? Должны ли ветераны сцены уступать место молодым или зритель сам решит, кто ему интересен?
