Семейство Шукшиных в очередной раз демонстрирует публике мастерство взаимного отчуждения, где за громкими именами и телевизионными эфирами скрывается леденящая душу пустота. На этот раз в центре внимания оказалась 36-летняя Анна Шукшина — дочь Марии и внучка Лидии Федосеевой-Шукшиной. Девушка снова появилась на экранах в телевизионных эфирах, вывалив на зрителей очередную порцию семейного белья. В прошлой статье я уже рассказала вам немного подробностей (ссылку оставлю внизу) но, мне кажется, картина получилась неполной. Мне ещё есть чем с вами поделиться. Давайте обсудим.
Удивительное дело: взрослые люди с легендарными фамилиями ведут себя так, будто вокруг выжженная пустыня. Мария Шукшина упорно не находила времени на нормальное общение с матерью, у которой каждый день на счету. Неужели нельзя было отбросить амбиции, хоть на короткое время отпустить старые обиды, приехать, обнять родного человека, попросить прощения за все накопившиеся претензии и побыть рядом, пока есть такая возможность? Но нет, гордыня и взаимные счеты оказались важнее тепла.
Аня в этом плане далеко от матери не ушла, но нашла собственные оправдания. Девушка публично призналась, что не приезжала к бабушке в больницу по совершенно абсурдной причине. Рядом дежурила тетя Ольга, с которой у Анны давняя холодная война. То есть взрослая женщина нашла повод не навестить родного человека только потому, что в коридоре маячил неугодный родственник. Сама Анна объясняла это так:
«Я не хожу в больницу. Бабушка вряд ли узнает меня. Даже если узнает, вряд ли получится какой-то диалог, потому что рядом будет Ольга. Я при Ольге вообще говорить не хочу».
И здесь же раскрываются все детали того больничного периода, когда вокруг палаты кипели нешуточные страсти, а родственники делили сферы влияния.
Анна подробно делилась тем, как именно выстраивалась эта глухая стена между ней и увядающим человеком, подчеркивая всю абсурдность происходящего за закрытыми дверями лечебного учреждения:
«Там же постоянно кто-то дежурит, кто-то устанавливает свои правила, кому можно зайти, а кому указан порог. Я приезжала туда, стояла у этих стен и понимала, что меня не пустят внутрь или устроят такой грандиозный скандал на весь коридор, что больным станет только хуже. Зачем этот цирк устраивать? Бабушка лежала там беспомощная, ей нужен был покой, а не наши бесконечные дрязги с тетей. Но разве кто-то из них думал о ней в тот момент? Все думали только о том, кто первый зайдет, кто отметится перед камерами и кто заберет себе право на последнее слово. Мне претит участвовать в этих грязных играх поэтому я решила держаться в стороне, хотя внутри всё обрывалось от боли».
Извините, но что это за порядки такие в звездном семействе, где родная тетя не может выйти на 5 минут в коридор, чтобы племянница зашла проститься с бабушкой? Цинизм в чистом виде. С другой стороны, пока Лидия Николаевна владела недвижимостью и была при ресурсах, внучка охотно находила время и для визитов, и для внимания. Как только ресурсы испарились, а вокруг закрутились другие судебные тяжбы, внезапно нашлась масса уважительных причин не приезжать и не интересоваться. Бабушка сразу стала неинтересна.
Я никого не сужу, но где же совесть, где человеческий стыд, когда речь заходит о тех, кто тебя вырастил?
С другой стороны, трудно понять и матерей, которые методично ломают психику собственным детям. Анна рассказывала жуткие вещи о своем детстве, где Мария воспитывала её методами жесткого рукоприкладства. За плохие оценки или провинности девочку наказывали так сильно, что дело доходило до серьезных травм:
«Мама очень сильно меня била за уроки, вплоть до кровотечения из носа. Доходило до того, что она меня водила лечить к лору, потому что у меня не прекращалась кровь из носа. Настолько она меня била».
Ситуация усугублялась тем, что от старшей дочери постоянно требовали нянчиться с младшими братьями. При этом отношение к другим детям в семье кардинально отличалось:
«Она меня била. Хотя должна была сказать спасибо, что я сидела с ее детьми, когда она ходила на тусовки и устраивала личную жизнь. В молодости она была страстной тусовщицей».
Разве это нормальное воспитание?
Потом Мария категорически не приняла увлечение дочери бодибилдингом. Ну хочет Анна качать мышцы, строить тело, заниматься спортом — это её личный выбор, её взрослая жизнь. Почему взрослая женщина в броне из мышц до сих пор пытается доказать матери право быть собой? Неужели нельзя принять своего ребенка со всеми его странностями и гантелями? Анна вспоминала о реакции матери на свои спортивные успехи с нескрываемой болью:
«На что она мне отвечает: «Нет, мне не нравится фотография». Фотография не поста, а моя фотография, где я стою в купальнике со всеми своими мышцами. В тот момент я поняла, что этот человек не примет меня никогда и не поймет меня никогда. После этого я даже не хочу… Всё, мамы для меня нет».
Несмотря на прошлое, Анна ждала от матери поддержки в собственных судебных баталиях. Сейчас она судится с бывшим мужем Константином Трегубом за право общаться с 9-летним сыном Вячеславом, которого не видела больше года. И логика Анны вполне понятна:
«Она судилась с Борисом, отцом младших сыновей Фомы и Фоки. Абсолютно такая же история! Он забрал детей, а потом были суды, суды, суды. Почему бы ей мне не помочь, если она сама пережила это все? Судом она интересуется. Моей жизнью — нет».
Глядя на Анну, испытываешь искреннюю жалость. Она выглядит совершенно неприкаянной в этой сложной, ощетинившейся друг против друга династии, где каждому члену семьи нет дела ни до кого. Ей не нашлось места в этом клане. В экстренных медицинских документах Аня даже не смогла вписать ни одного близкого контакта — в огромной звездной семье просто некому прийти ей на помощь. И девушке приходится раз за разом вытягивать себя из этой психологической ямы своими силами, выбирая столь необычный способ защиты через железный спорт.
А ведь при ближайшем рассмотрении Анна производит впечатление очень славного, ранимого человека. За внешней жесткостью и горой мускулов скрывается огромная девичья тоска по обычному теплу и ласке, которых она отродясь не видела от близких. Ей отчаянно не достает любви, а вся родня живет по принципу каждый сам за себя, превратив фамилию в бренд для постоянных скандалов. Очень хочется пожелать Ане удачи, огромных успехов и устроить свою личную жизнь подальше от чужих глаз, чтобы обрести долгожданный покой.
